Постмодернизм картинки: Постмодернизм. Типа возвращение в искусство | Публикации

Содержание

Постмодернизм. Типа возвращение в искусство | Публикации

Идет Штирлиц по лесу, видит — сидит на дереве Бодрийяр. «Штирлиц», — подумал Бодрийяр. «Симулякр», — подумал Штирлиц. Постмодернистский анекдот

В общем, грубо говоря, в 60-70-е годы стало понятно, что
проект
«авангардизм»
накрылся тазом. Все его демиургические стремления переделать плохо сделанный
мир, исправить неправильное человечество и занять, в сущности, место Творца
остались нереализованными. Это и так-то не очень стройное и крепкое сооружение
стали разъедать сомнения и саморефлексия – вещи, крайне вредные для любой
пассионарности.

Андреас Гурски. Девяносто девять центов. Диптих II

Кроме того, авангардизм просто достал. Достал своим пафосом,
своей претензией на обладание последней истиной, своей элитарностью,
тоталитарностью, серьезностью, постоянным новаторством, какими-то бесконечными
замесами, переворотами, шумом, войной против всех и т.д. Авангардизм смотрел на
зрителя сверху, он над ним издевался, держал за идиота, поучал его и проводил
над ним жестокие эксперименты. С авангардизмом было неуютно. А уюта –
захотелось, особенно после нескольких десятилетий столь бурного сожительства.
Тем более, как выяснилось, оно ни к чему не привело.

Карло Мария Мариани. Падение

Значит ли, что все это было зря? Что все огромные и
разнообразные ресурсы, кинутые в пасть этому чудовищу – авангардизму – были
брошены впустую? Что художники и зрители все эти десятки лет мучили друг друга
напрасно, что их жизни были прожиты бездарно и им теперь мучительно больно?
Нет! — решительно отвечу я, и тени великих апостолов авангардизма сурово и
молчаливо станут за моей спиной, свидетельствуя. Приветствую вас, братья
мои…

Группа АЕС. Action Half Life Episode 1#6

Как ни крути, авангардизм сильно поучаствовал в том, что
нынешний мир стал таким открытым, подвижным и раскованным** – я имею в виду,
естественно, не весь мир, а те страны, где авангардизм существовал без проблем.
Хотя, конечно, авангардизму не это нужно было, он-то желал реализовать утопию.
Но на пути к ней он научил людей легко воспринимать новое и необычное, отучил
от слепого поклонения авторитетам, приучил к игре и много еще чего полезного
сделал. Кроме того, он выработал кучу совершенно новых языков искусства и новых
механизмов взаимоотношений внутри вечного треугольника
художник-произведение-зритель, где отныне все позиции были взаимозаменяемы.
Короче, на могиле авангардизма должна быть выбита такая эпитафия: «Он хотел
всего, но достиг многого». А над этим –
черный
квадрат в виде
белого
писсуара. Хотя, непонятно, когда это можно будет сделать – в нынешней,
комфортной и очень постмодернистской, в целом, ситуации, то тут, то там
раздаются бешеные крики: «Что, гады, присластились! А вот я вам чучу
зафигачу!». Это все он, авангардизм.

Одним словом, из того сложноорганизованного и многомерного
пространства, которое для себя создал авангардизм и которое состояло из чего
угодно – искусства, религии, философии, политики и т.д., вплоть чуть ли не до
бухгалтерского учета – нужно было потихоньку возвращаться в более привычные для
творческих натур и их поклонников пределы. В искусство.

Чем постмодернизм и занялся. Тут нужно сказать сразу, что
постмодернизм – это не течение и не направление. Это – ситуация. Или –
состояние. Это некоторая усталость от бурно и неоднозначно прожитой молодости,
ностальгически-иронически-критические воспоминания о ней, мудрость,
оздоровительные курсы, аптека, счет в банке, «я – не пью, ну, разве что
немножко», неизвестность и полная непонятка – дальше-то что. И спокойное знание
о том, что ничего нового уже не будет.

Постмодернизм как язык – это ирония вместо пафоса, рефлексия
вместо действия, низкий порог вхождения вместо элитарности, игра вместо
утопичности, вторичность вместо новаторства, кокетство вместо радикальности,
синтагма вместо парадигмы, эклектика вместо … В общем, я почувствовал сильную
потребность в наглядном материале, а то текст становится сух.

Да, пару слов о термине. Ну, с «пост» — все понятно,
грамотные же все. С «модернизм» — тоже все понятно. Просто «авангардизм» и
«модернизм» — довольно взаимозаменяемые термины, я употребляю первый. И
«постмодернизм» можно, в принципе, заменить на «поставангардизм», но он не
прижился почему-то. И фиг с ним.

Начался постмодернизм в 60-е годы в архитектуре.
Приблизительно с таких сооружений, хотя это – постмодернизм совсем
недавний.

Яцек Карновски. Горбатый дом в Сопоте

Тогда, в 60-е, он, постмодернизм, возник как негативная
реакция на функциональную архитектуру. Если вы вспомните любую хрущобу, то
поймете, о чем идет речь. Конечно, хрущоба – это предельно убогий
функционализм, но идею выражает верно и очень чисто. И постмодернизм
противопоставил этому сухому и скучному функционализму веселую архитектуру,
вовсю играющую с традицией.

Это был совершенно иной подход к культурному наследию. Для
авангардизма, в целом говоря, не существовало никакого искусства, кроме него
самого. Его главным занятием было создание новых смыслов и новых форм. Пост же
модернизм – это такой конструктор, детальки которого – элементы всей мировой
культуры, начиная с самого ее начала и заканчивая самым концом, т.е.
непосредственно авангардизмом. Из этих деталек постмодернизм и складывает свои
конструкции, не отдавая предпочтения никакой эпохе, никакому стилю и никакой
культурной традиции. Этот увлекательный метод родился, в общем-то, из грустной
убежденности в том, что ничего нового придумать уже нельзя, а, может, и не
нужно. Возможно. Авангардизм, все-таки, взял слишком крутой темп в своем
новаторстве.

Мерсад Бербер. Без названия

Здесь, к примеру, микс из классического искусства (голова),
какой-то пастозной постимпрессионистической живописи (фигура и колонны по
бокам) и абстрактного экспрессионизма (все остальное).

Причем, в это безумное соединение несоединимого
постмодернизм не закладывает никаких высших и запредельных смыслов, чем,
скажем, занимался отечественный
сюрреализм
малогрузинского розлива. Для постмодернизма такая эклектика – просто игра,
необязательная и избыточная, как любая игра в бисер, каковой и должно быть, с
его точки зрения, искусство. И главные условия этой игры – изобретательность,
эрудиция (количество и разнообразие использованных культурных кодов) и ирония.
Постмодернизм ничего не пропагандирует, ни на чем не настаивает, он вне
идеологий, и внутри него никогда не появится художник, который жизнью заплатит
за свое искусство. В авангардизме такие были*.

Луиза Буржуа. Паук (Оттава)

Это пример постмодернистской иронии. Если рассматривать это
сооружение как памятник паукам, то пафос его смешон. Если же это просто
городская ландшафтная пластика, вроде садово-парковой скульптуры, то тоже
смешно получается – обычно для этой цели используют более приятное животное
вроде зайца. Или ведмидика клишоногого. И вы можете выбрать любой из этих
вариантов трактовки произведения или предложить свой/свои – это тоже один из
постулатов постмодернизма. Т.е. многозначность трактовок, накручивание смыслов
и зритель как соавтор. Постмодернизм в этом смысле очень демократичен.

Джефф Кунс. Из серии «Сделано на небесах»

Демократичен он еще и в том, что порог вхождения в
произведение очень низок. Вот в какой-нибудь «Черный квадрат» пойди, войди без
специальной подготовки. А тут – все ясно – красота и любовь. Это уже
тренированный любитель искусства увидит здесь еще и игру с китчем, порнографией
и гламуром, и абсурдную монументализацию мелкопластического мотива типа наших
фаянсовых изделий 30-… годов вроде «Девочки и гуся» или «Гусара и девицы». А
начитанный поклонник прекрасного будет еще знать, что в этой замечательной
работе автор изобразил себя и свою жену – итальянскую порнозвезду венгерского
происхождения Чиччолину, что, конечно же, привносит в произведение
дополнительные богатые смыслы.

Джефф Кунс. Буржуазный бюст

Вот еще работа с теми же персонажами. Вообще, мне кажется,
Кунс женился на Чиччолине исключительно для того, чтобы сделать все эти
произведения. Я-то показываю совсем невинные, а ведь есть среди них совершенно
бесстыжая порнография. Что, в общем, просто описывает современный тренд
саморазоблачения поп-звезд во всех смыслах, включая самые интимные.
А Чиччолину Кунс уже бросил, развелся с ней, развратницей. Так вот,
вернемся к бюсту. Что мы тут видим? Опять иронию – невинный эротический мотив
поднят до торжественности парадного бюста. И аллюзию на классическое
искусство.

Вообще, аллюзия – это одна из ключевых категорий
постмодернизма. Как автор собирает свое произведение из разнокультурных
кусочков, так и продвинутый потребитель потом должен проделать обратную работу,
т.е. расшифровать, что к чему относится и что на что указывает. Ну, если хочет
– демократизм же. Такая работа совсем необременительна, но приносит, в
результате, неожиданную радость – ага, я догадался! Всегда ж приятно
чувствовать себя таким же умным, как и автор.

Одд Нердрум. Сумерки

Это еще одно прекрасное произведение. Тут и аллюзия
присутствует – на классическое искусство, и ирония – девушка занимается
интимной пакостью, а все это изображено в классической же манере, да и акцент
сделан совсем на другом – на состоянии природы. Еще тут есть мотив отмены
иерархий, тоже характерный для постмодернизма. Т.е. для него нет высоких и
низких жанров, это мы видели уже у Кунса, нет для него и неприемлемых сюжетов.
Здесь ведь изображен сюжет, совершенно дикий для того классического искусства,
стилистику которого использовал автор. Он, таким образом, уравнял акт дефекации
с классикой. И правильно сделал – чего стесняться-то, практически все этой
дефекацией иногда занимаются. Мне, конечно, встречались в жизни несколько
человек, которые утверждали, что дефекацию не делают, но, как потом выяснилось,
они врали.

Роберт Раушенберг. Арт-кар BMW, 1986

Тут опять же об отсутствии иерархий. Классические картины –
«Большая Одалиска» Энгра и «Портрет молодого человека с книгой» Бронзино
(Бронзино – с другой стороны) — помещены в рекламных целях на коммерческий
объект, что, с точки зрения высокого искусства, является совершенно явным
снижением. Вообще, мастера
поп-арта
хорошо вписались в посмодернизм, т.к. в поп-арте уже многое его предвещало –
это и игра с разными культурными кодами, и ирония, и персонажность
высказывания.

Последнее, мне кажется, лучше рассматривать на отечественном
материале. Персонажность как категорию я уже замечательно описал в тексте о
Виноградове-Дубоссарском,
здесь же просто расширю понятие.

Авдей Тер-Оганян. Мерилин Монро Энди Уорхола

Здесь
Тер-Оганян
под видом дебильного любителя авангардизма, желающего создать собственный музей
этого самого авангардизма, делает типа копию с Уорхола. То, что персонаж
Тер-Оганяна – дебил, видно из качества копии. Между прочим, Тер-Оганян сделал
такие копии с нескольких десятков классических авангардистских работ, ездил с
ними по России и читал по ним лекции об авангардизме. Таким образом, и культуру
в массы нес, и свой офигенный постмодернистский проект реализовывал.

Владислав Мамышев. Монро-Уорхолл-Монро

Опять Монро, опять Уорхол. Но тут – личное. Мамышев – это,
вообще, полиперсонажный художник, он все время в чьем-то образе – Орловой,
Гитлера, Петра I и т.д. Но любимый и выстраданный его персонаж – Монро. У него
это даже творческий псевдоним. Так тут получается целая спираль в накручивании
смыслов – Мамышев, который Монро, изображает изображение Монро, сделанное
Уорхолом. Игра совершенно в духе
концептуализма,
что, опять, в постмодернизме приемлемо.

В общем, вам теперь, наконец-то, стало понятно, что такое
постмодернизм. Что это совершенно вялое, вторичное, бесхребетное и
неамбициозное искусство, довольное уже тем, что удовлетворяет невысокого уровня
требования уставшего за рабочую неделю представителя среднего класса. Понятно,
что человека ищущего, страстного, человека, через душу которого прошла трещина,
расколовшая мир, человека, в сердце которого поселилась боль за все ужасы
бытия, человека, на своих плечах чувствующего ответственность за все, что
совершается в мире, такое искусство удовлетворить не может. Именно поэтому
несколько лет назад
Александр
Бренер объявил голодовку, одним из требований которой было – полная отмена
постмодернизма.

*Я таких знаю двоих. Это венский акционист Рудольф
Шварцкоглер, который настолько наиздевался над своим телом, чего-то там
постоянно от него отрезая, что умер, и неизвестный мне японец, выбросившийся с
какого-то этажа на расстеленный холст. То, что из него вытекло на холст, и было
произведением.

**Характерно, что французская студенческая революция,
сильно поспособствовавшая переменам в мире в том же направлении, проходила под
совершенно дадаистско-сюрреалистическими лозунгами вроде « Будьте реалистами –
требуйте невозможного!», «Всё хорошо. Дважды два — уже не четыре!» и
«Изобретайте новые сексуальные извращения, я — выдохся!».

 

Автор: Вадим Кругликов

Мир – это текст с картинками. Без автора / НГ-Сценарии / Независимая газета

Постмодернизм возник когда мы утратили веру в себя, прогресс и моральные ценности




Когда вокруг все виртуальное, есть в этом что-то ненормальное. Фото Reuters



На вопросы ответственного редактора приложения «НГ-сценарии» Юрия СОЛОМОНОВА отвечает доктор философских наук, профессор кафедры политологии и политического управления Института общественных наук Российской академии народного хозяйства и государственной службы при президенте РФ, академик Академии гуманитарных наук Юрий ИРХИН.




– Юрий Васильевич, мне еще вчера казалось, что на уровне таких глобальных понятий, как общественно-экономические формации, истории мировых цивилизаций, войн, классовой борьбы, кризисов и т.д., модернизм и постмодернизм выглядят весьма скромно. Чтобы проверить свою гипотезу, я ввел в Google выражение «тупик постмодернизма». И тут же узнал, что этим событием или мемом интересовались свыше миллиона человек. Для определения важности нашей темы это много или мало?


– Эта цифра ни о чем не говорит. Но и не означает, что мы имеем дело с какой-то исторической ерундой. Поэтому начнем по порядку. Впервые термин modernus был использован христианскими теологами еще в пятом веке для противопоставления новой исторической эпохи языческим сообществам Средиземноморья.


Затем понятие «модернити» было использовано во времена Просвещения, дабы подчеркнуть различия между восходящим индустриальным строем и феодальными порядками уходящего прошлого.


В ХХ веке о постмодерне активно заговорили в конце 70-х годов, и это стало устойчивым сигналом вступления человечества в эпоху постиндустриализма. Именно качественные социальные изменения и технологические сдвиги обеспечили появление и формирование постмодерна как нового общественного явления и соответственно постмодернизма как одной из его тенденций.


Причем понятия «модернизм» и «постмодернизм» чаще всего используются для характеристики искусства, культуры, состояний общественного сознания, научных направлений и т.п. «Постмодернизм» возник как рефлексия на некоторые тенденции, проявившиеся в архитектуре, живописи, литературе, кино, телевидении и в искусстве в целом.


Но при этом важно понимать, что постмодернизм – это не какое-то строгое учение, не развивающаяся наука, не некое универсальное идеологическое или религиозное движение.


Скорее мы имеем дело с мозаикой концепций, которые стали появляться наиболее зримо в середине ХХ века и начали со своих позиций объяснять, толковать изменения в культуре и ценностях тогдашней общественной жизни.


– Но движение культуры как художественной, так и социальной отмечается во времени всегда. Бывает рассвет или, наоборот, закат.


– Особенность была в том, что постмодернистское мышление нацелилось на переосмысление старого (модернистского) знания, на критику общественных идеологем (метанарративов), легитимирующих власть. Постмодернисты предложили рассматривать мир прежде всего как текст (совокупность знаков и их значений). Причем текстовые презентации мира, как объявили основоположники этого метода, не нуждались в авторстве.


Зато широко приветствовалось использование таких приемов, как деконструкции, интерпретации, ирония, эклектичность, гиперсексуальность, эстетизация всего и вся.


Такое видение мира не было спущено свыше. Постмодернистские подходы к реальности родились из разочарования целых групп людей в идеалах эпохи модерна с ее верой в прогресс, науку и гуманизм. Спасительное замещение старых добрых ценностей сопровождалось пропагандой идей, популяризирующих преимущество индивидуализма, гедонизма, культа потребления и т.д.


Кроме того, постмодернистский проект стал проявляться и усиливаться в серьезной трансформации социальных институтов, демонстрируя ослабление централизации управления, иерархии общества, изменил образ социальной и политической власти, содержание коммуникаций.


В такой парадигме общество неизбежно фрагментируется, становится мозаичным, образовывая растущее количество малых групп.


Позже эти процессы стали развиваться в сторону доминирования сетевых структур. При таких изменениях власть и политическая коммуникация приобретают значительную подвижность, гибкость, изменчивость. В массовом сознании укрепляется идея амбивалентности власти, которая может служить источником как порядка, так и неустойчивости.


– Но все-таки начиная с 70-х годов прошлого века постмодернизм овладел умами многих, скажем так, развитых людей. Мне кажется, этому вряд ли способствовали какие-то тайные силы. С разочарованием в обещанных ценностях неуклонной модернизации все понятно. Но каким образом появились те ориентиры развития, о которых вы говорите?


– Дело в том, что в постмодернистских теориях внимание акцентируется на нелинейной социокультурной динамике в разных сферах жизни, на качественной неопределенности многих реалий, на противоречивой самоорганизации людей, на неожиданных общественных вызовах и рисках. Наконец, на неустойчивом порядке вещей и имманентном хаосе, присущем современном обществу.


– То есть вы считаете, что при большем порядке модернизм не мог бы получить значительного развития?


– Я лучше сошлюсь на известного английского социолога Энтони Гидденса, который выделял в постмодерне четыре важные реалии. Это «разрывы в познании, увеличение центробежности, беспорядочность в социальных трансформациях и фрагментарность самоидентификаций истины».


Еще постмодернизм можно уловить по таким явлениям, как неолиберализм, феминизм, психоаналитика. А также по критическим, в том числе по левым и утопическим концепциям развития.


Естественно и даже закономерно то, что взгляды постмодернистов не отличались единомыслием. Они формируются в зависимости от тех позиций, которые люди занимали в области культурологии, социальной теории, политологии.


Но при этом их радикализм выражался в том, что постмодернисты делают акцент на изучении той же культуры или политики, как и другие исследователи, но вне связи с историей, то есть на разрыве с прошлым. Больше того, они вообще смотрят на историческое прошлое как на нечто такое, что навсегда кануло в Лету, и потому постичь правду ушедших эпох уже не дано никому.


А вот вам знаменательная цитата: «Если бы мне надо было дать название современному положению вещей, я сказал бы, что это состояние после оргии. Оргия – это каждый взрывной момент в современном мире, это момент освобождения в какой бы то ни было сфере. Освобождения политического и сексуального, освобождения сил производительных и разрушительных, освобождения женщины и ребенка, освобождения бессознательных импульсов, освобождения искусства. И вознесения всех мистерий и антимистерий. Это была всеобъемлющая оргия материального, рационального, сексуального, критического и антикритического, оргия всего, что связано с ростом и болезнями роста. 


Мы прошли всеми путями производства и скрытого сверхпроизводства предметов, символов, посланий, идеологий, наслаждений. Сегодня игра окончена – все освобождено. И все мы задаем себе главный вопрос: что делать теперь, после оргии?


Это написал Жан Бодрийяр, французский философ, социолог, культуролог. Эти же взгляды разделяли и другие последователи постмодернизма, который представлялся некоторым из них как своего рода продолжение предыдущих подходов, их пересмотр. Так возникали идеи «зрелого модерна», или «модернити». В этом случае модерн и постмодерн начинали рассматриваться не как отдельные эпохи, а как периоды длительных и непрерывных отношений со своими специфическими достижениями и неопределенностями. А это означало, как писал специалист по социологии постмодернизма Сергей Кравченко, что даже в одном конкретном обществе могут сложно переплетаться постмодернистские, модернистские и традиционные реалии, «равно как может сосуществовать глобальное, локальное и анклавное».


В методологии и теориях постмодернизма важно обратить внимание на такие особенности и смыслы, как повышение роли постматериальных ценностей, массовой культуры развлечений и эстетизации повседневной жизни. Этому способствует нивелирование расстояния между массовым и элитарным потребителем через рекламу, гламур и прочие мотивации. При этом социальный мир рассматривается как изменяющийся текст или интертекст, в которых сложно, да и не нужно определять автора.


Зато в постмодернизме повышается управляющая роль информационных и психологических символов, кодов, смыслов, симулякров, рекламы, разнообразных индексов, кодексов и рейтингов влияния.


Конструирование идентичности происходит на основании индивидуального выбора. Критическому анализу подвергаются классические, традиционные социальные теории.


Эта же критика привела к тому, что французские философы Жиль Делёз и Феликс Гваттари придумали горизонтальный подход к развитию общества, основанный на копировании особенностей роста такого растения, как ризома.


Это означало, что в обществе главенствующими должны быть горизонтальные/межвидовые и плоскостные связи, в то время как древовидная модель – это традиционные вертикальные и линейные направления роста.


– Но если в природе есть такие особенности горизонтального развития, то почему в социальном государстве это видится как явная угроза со стороны разнообразия?


– Потому, что дискурс постмодерна с самого начала определял Запад, он же получал и получает от него и максимум выгод. Путь постмодернизации несет в себе опасность утраты той или иной страной своей национальной идентичности, растворения государственности, хаотизации и десоциализации политики и т.д. Таким образом, вместо общества рационального знания, выдвинутого эпохой модерна, постмодернистская современность все шире использует электронно-развлекательно-потребительскую продукцию. Политика в XXI веке все больше превращается в подбор и ранжировку символического комплекта идентичностей, а возможный выбор состоит в следовании за модными символами, продуцируемыми соответствующими СМИ.


Партии, фабрики мысли, информационные технологии выступают в роли конструкторов идентичностей, стремятся к «захвату символов» и управлению массами. Запрограммированные опросы общественного мнения определяют политику, тесты – стиль рекламы, анкетирование – выбор музыки для радио, результаты пробных просмотров – раскрутку тех или иных фильмов, режиссируемые кастинги – выбор звезд и вкусов, телеметрия – содержание программ телевидения и т.д.


Параллельно с нормативным регулированием поведения обывателя происходит его привлечение к бездуховному потреблению. Идеологию заменяет постоянная реклама; легитимацию власти во многом определяют пресс-центры и пресс-бюро, зависящие от олигархических структур.





А не шли бы вы, милые пикетчицы, Данте почитать.

Фото РИА Новости

– А что же в это время делали критически мыслящие люди?


– Естественно, постмодернизм остро критиковался рядом известных ученых. В частности, большой резонанс вызвала книга известного немецкого философа Юргена Хабермаса «Философский дискурс о модерне. Двенадцать лекций». Вышедшая в 1985 году работа вызвала громкий резонанс среди интеллектуальных элит самых разных стран. Как отмечалось в одной из аннотаций, «автору удалось связать воедино аргументы сторонников и противников философии и культуры постмодерна и показать реальное значение парадигмы «модерн–постмодерн» как ключевой для анализа ситуации в современном гуманитарном знании».


В то же время Хабермас обратил внимание на то, что постмодернисты обычно отказываются использовать институционально учрежденную лексику и прибегают к своей, часто малодоказательной, носящей скорее описательный, чем научный характер. Далее, справедливо критикуя многие недостатки современного общества, они умалчивают о своих критериях и направлениях развития.


Критика постмодернизма содержится и в трудах ряда российских исследователей. По их мнению, главная иллюзия постмодернистов заключается в вере в то, что «отказ от универсальных критериев, которые скрепляют любой значимый диалог культур, способен обеспечить мирное сосуществование систем ценностей». При этом постмодернизм не предлагает практического решения поставляемых им же самим дилемм и парадоксов, не порождает нового политического субъекта. Отсутствие политической нормы приводит в реальной политике лишь к борьбе различий, к войне всех против всех, партикуляризму.


При таком подходе мультикультурализм как ценность постмодерна легко перерождается в свою противоположность – этнонационализм, сепаратизм, культурную замкнутость; толерантность рано или поздно взрывается от накапливаемой энергии обостряющихся конфликтных ситуаций. Что и показали, например, культурно-этнические конфликты во Франции в 2005 году.


– Юрий Васильевич, а вы лично в чем-то видите позитивную роль постмодернизма?


– Да, было бы несправедливо не замечать вклада постмодернистов в анализ ряда важных аспектов информационного общества и его культур. Нельзя не сказать и о возрождении в их среде внимания к либерализму и гуманизму, обогащении ими понятийно-категориального аппарата культурологии и социальной теории, об использовании их идей в виде лозунгов различными неформальными социальными движениями и т.п. Фактически постмодернистская теория стала торжеством различных теоретических подходов.


Жан Франсуа Лиотар замечал: «Постмодернистское знание не является просто орудием авторитетов – оно совершенствует нашу восприимчивость к различиям и усиливает нашу способность допускать несоразмерное».


Постмодернизм вырабатывает собственную модель видения реальности, исходя из допущения ее хаотичности, семиотической артикулированности. Он формирует специфические способы и нормы описания мира, рефлексивно осмысленные в своеобразном калейдоскопичном восприятии, в программном плюрализме.


Постмодернистские теории раскрывают связь, например, между современной эстетизацией общества и характером производства. Современное производство становится частью товарного, которое требует все больше эстетических новшеств и экспериментов. В силу этого они выполняют все более значимую структурную функцию и занимают важное положение в обществе и власти.


Надо отдать должное тому, что идеологи постмодернизма констатировали опасность возникновения в новом обществе феномена «компьютерного отчуждения» людей, разъединения столь естественных и необходимых человеку социальных уз, ослабления солидаристских отношений. Средства электронной информации создают тот мир виртуальной реальности – имиджей, подобий, симулякров, – который зачастую вытесняет из сознания людей саму действительность, превращая человека в объект и продукт манипулирования.


Концепции постмодернизма достаточно адекватно описывают современное состояние общества, передают распространенное умонастроение не только интеллигенции, но и просто части населения. Наша реальность и жизненный мир стали постмодерными. В этом смысле под постмодернизмом следует понимать специфическое мировоззрение, получившее распространение в конце XX века, отличительными чертами которого являются плюрализм, недоверие к существующим институтам власти и экспертным оценкам, выработка новых методов познания реальности.


Так и избрание президентом Украины Владимира Зеленского, который широко использовал в своей избирательной кампании элементы театральности, гротеска, юмора, популизма, прямого сетевого взаимодействия с избирателями, подтверждает эффективный потенциал постмодернистских подходов, особенно если они творческие и используются вместе с традиционными методами в политике. Еще раньше исследователи обращали внимание на успешную постмодернистскую (и маскулинную) манеру поведения Дональда Трампа, ставшего 45-м президентом США.


«В целом постмодернистские концепции важны не только сами по себе, – писал известный аналитик и историк социологии Джон Ритцер, – но и постольку, поскольку они стимулируют реакцию против себя же».


Анализ проблем постмодерна, начавшийся еще в 70-е годы, вначале больше осуществлялся в рамках социальной философии. В свою очередь, дискурс в политической науке помог обнаружить наличие политического постмодерна. Хотя временем отсчета эпохи постмодерна в политике ряд исследователей считают демократические студенческие движения и волнения 1968 года во Франции.


В социально-политическом и мировоззренческом отношении постмодерн, в частности, означает утверждение плюралистической парадигмы, отказ от европоцентризма и этноцентризма, провозглашение принципа множественности, фрагментации культурного единства, внимания к личности и ее внутреннему миру.





Это же надо, даже не оглянется, ботаник несчастный…

Фото Reuters

– Вот теперь, когда ваше описание постмодернизма стало весьма емким, расскажите еще о феномене метамодернизма.


– Это понятие ввели в 2010 году голландские философы Тимотеус Вермюлен и Робин ван ден Аккер в работе «Заметки о метамодернизме».


Авторы этого подхода полагают, что эпоха постмодерна исчерпывается в силу появления таких новых факторов или причин, как всемирный финансовый кризис и противоречивое посткризисное развитие, усиление социального расслоения, активизация терроризма, увеличение количества военных конфликтов, возрастание роли государств и цивилизаций в современной истории…


Если постмодернизм основывался во многом на неолиберальной идее Френсиса Фукуямы о «конце истории», то метамодернизм предполагает, что такого печального финиша у истории не будет – она будет все время обретать бесконечные и неожиданные горизонты. Может, поэтому появились авторы, давшие такому ходу развития синоним «постпостмодернизм».


В «Манифесте метамодернизма» британского художника Люка Тернера как раз рассматривается направление, предполагающее анализ возможных перспектив как внутри, так и за пределами сложившейся общественной системы; поиск множественности несоизмеримых и неуловимых горизонтов. Новые технологии дают возможность одновременного восприятия и разыгрывания событий с множества позиций, что способствует плюрализму и определенной демократизации в осмыслении истории и текущей политики.


Для мира метамодернизма характерны расширяющаяся виртуализация пространства социальных взаимодействий, когда виртуальный мир замещает реальность и появляются новые возможности манипуляции массовым сознанием – как со стороны власти и современных СМИ, так и с позиций отдельных индивидов. Метамодернизм предполагает создание привлекающих социальные взаимодействия технообразов, которые строятся в сетевом пространстве одними пользователями, а изменяются другими.


В результате чего любой объект живет независимо от автора. Метамодернизм выступает за возрастающую роль государства в глобальном пространстве. При этом сугубо национальными остаются социумы с собственной культурой и идентичностью. И здесь совершенно естественным становится транссентиментализм, или возвращение к очевидным, цивилизационным и традиционным ценностям.


В целом метамодернизм в какой-то мере способствует переосмыслению классического постмодернизма, выходу за его пределы.


– А что за этими пределами есть такого, что могло бы стать нам полезным?


– Надо начать с диагноза сегодняшней ситуации. В связи с формированием современного многополюсного мирового порядка, постмодернистская парадигма, основанная на ведущей роли Запада в неолиберальной глобализации, вступила в противоречие с современными реалиями.


Мир как бы разделился на многие отдельные линии развития. И эта опасность растет на фоне неконтролируемой миграции, роста бедности, проявления анклавности крупных городов и прочих взрывных проблем. Все это опасно потому, что реально.


Так что же делать, если именно сегодняшний постмодернизм отличают следующие черты: агностицизм (отрицание объективного познания мира), прагматизм, доведенный до цинизма и стяжательства, эклектизм, выразившийся в девальвации любых более или менее стройных идеологических и ценностных систем, анархо-демократизм – отрицание любых иерархий, включая государство, право на подрыв сложившейся системы международных отношений и на вмешательство во внутренние дела других стран, под любыми, все чаще не только надуманными, но и спровоцированными разного рода фальшивками и симулякрами?


В этих условиях возврат к ряду положений модерна стал неизбежным и предполагает актуализацию его некоторых классических принципов, разумеется существенно адаптированных к новой политической реальности.


По сути, возник неомодернизм, который стал во многом альтернативен ряду принципов и самому духу классического постмодернизма.


Важной социально-экономической причиной формирования неомодернистского дискурса явилось обостряющееся противоречие между неолиберальными элитами и интересами общества. К этому надо добавить популистские движения (брекзит, грекзит, каталонсит, антииммигрантские выступления, «желтые жилеты» во Франции), легитимацию через выборы популистских лидеров (президенты США, Бразилии, правительство Италии и т.д.), растущую популярность неомодернистских партий, сил и выступлений – все это активно формирует политическую повестку развития многих стран мира.


– Что же тогда сегодня может представить на рынок идей неомодернизм?


– Через апелляцию к историческим и культурно-цивилизационным корням неомодернисты актуализируют историзм. Это привело как к усилению во многих государствах национализма и этноцентризма, так и к попыткам найти новое идеологическое оправдание существующей политической системы. Кроме того, начал укрепляться неомодернистский реализм.


Неомодернизм тяготеет к актуализации патриотизма, права народов и этносов на самоопределение, поддерживает здоровый национализм…


– Это, пожалуй, самое серьезное и сложное – отличить здоровый национализм от патриотической горячки…


– Здоровое патриотическое чувство выражается в сохранении национальной и цивилизационной идентичности государств, наций и этносов. Неомодернизм выступает за отказ от «универсальных ценностей» и «общих интересов» в пользу усиления ориентации на национальные приоритеты и предпочтения.


– Но почему-то религиям не мешают общечеловеческие ценности, а политики, кроме Горбачева, до сих пор мечтают, как бы их искоренить…


– Логика неомодерна вовсе не выступает за изоляционизм. Она предполагает сотрудничество, а не конфронтацию стран с разными цивилизационными ценностями и национальными интересами.


Неомодернистами также признается холизм внешней политики. Это понятие основано на неподчинении узких, частных экономических, политических и иных интересов в пользу преимуществ единого целого. Что очень важно для использования классического наследия модерна в сфере мировой политики и нынешних реалий формирующегося нового мирового порядка.


В постмодернизме главной разграничительной линией в мировой политике считался водораздел между демократией и авторитаризмом. Однако для большинства неомодернистов вопрос о демократии и авторитаризме уходит на второй план, уступая место более важному для них вопросу о границе между порядком и хаосом в международных отношениях, внутренней политике.


– Мне кажется, принижение тем, связанных с отношениями между демократией и авторитаризмом вызовет серьезную критику…


– Естественно. Тот же неомодернизм уже подвергается резкой критике в неолиберальных правящих структурах разных стран. Популистские движения и их лидеры рассматриваются как угроза существующим порядкам.


Согласен, что ценности и принципы неомодернистского дискурса могут по-разному восприниматься различными акторами политики с учетом их интересов. Да и в целом комплексный подход к анализу всех современных политико-культурологических течений, включая неомодернистский, обогащает категориальный аппарат социально-гуманитарных наук, вызывает дискуссии. А значит, помогает нам лучше ориентироваться в современном сложном, противоречивом развитии обществ, их культуры и политики. 

ПОСТМОДЕРНИЗМ • Большая российская энциклопедия

ПОСТМОДЕРНИ́ЗМ (по­стмо­дерн), ши­ро­кое те­че­ние в куль­ту­ре 2-й пол. 20 – нач. 21 вв. (в фи­ло­со­фии, гу­ма­ни­тар­ных нау­ках, ис­кус­ст­ве и ли­те­ра­ту­ре), пре­им. в стра­нах Ев­ро­пы и Сев. Аме­ри­ки. В от­ли­чие от мо­дер­низ­ма с его про­грамм­ной ус­та­нов­кой на но­виз­ну, П. об­ра­ща­ет­ся к куль­тур­но­му на­сле­дию про­шло­го как объ­ек­ту иг­ро­во­го ос­вое­ния, иро­нич. ци­ти­ро­ва­ния и си­туа­ци­он­но­го пе­ре­ос­мыс­ле­ния (при вклю­че­нии его в раз­но­об­раз­ные кон­тек­сты), ис­точ­ни­ку сти­ли­за­ции и эк­лек­тич. ком­би­ни­ро­ва­ния его форм.

Тер­мин «П.», поя­вив­ший­ся в 1870-х гг. у англ. ху­дож­ни­ка Дж. У. Чап­ма­на для обо­зна­че­ния жи­во­пи­си по­сле им­прес­сио­низ­ма, фи­гу­ри­ру­ет за­тем в ра­бо­те нем. пи­са­те­ля и фи­ло­со­фа Р. Пан­ви­ца «Кри­зис ев­ро­пей­ской куль­ту­ры» («Die Krisis der europäischen Kultur», 1917), позд­нее у исп. ли­те­ра­ту­ро­ве­да Ф. де Они­са (1934) и об­ре­та­ет обоб­щён­ный со­цио­куль­тур­ный смысл в «По­сти­же­нии ис­то­рии» («A study of history», vol. 8, 1954) А. Тойн­би («эпо­ха по­стмо­дер­на», на­сту­пив­шая по­сле фран­ко-прус­ской вой­ны 1870–71). Ши­ро­кое рас­про­стра­не­ние по­лу­чил по­сле пуб­ли­ка­ции кни­ги Ч. Дженк­са об ар­хи­тек­ту­ре П. («The language of post-modern architecture», 1977).

Пер­вой ос­но­ва­тель­ной по­пыт­кой фи­лос. ос­мыс­ле­ния П. ста­ла кни­га Ж. Ф. Лио­та­ра «Со­стоя­ние по­стмо­дер­на» («La condition postmoderne», 1979, рус. пер. 1998). Лио­тар кон­ста­ти­ро­вал ко­нец эпо­хи «ве­ли­ких по­ве­ст­во­ва­ний» («ме­та­нар­ра­ти­вов» – ме­та­фи­зич., со­ци­аль­но-фи­лос. и т. п. «тек­стов», пре­тен­дую­щих на уни­вер­саль­ное зна­че­ние), ко­то­рые слу­жи­ли гло­баль­ной ре­пре­зен­та­ци­ей и ле­ги­ти­ма­ци­ей че­ло­ве­че­ской ис­то­рии (кон­цеп­ции про­грес­са, со­ци­аль­ной эман­си­па­ции, ком­му­низ­ма и т. п.) и сме­ни­лись в эпо­ху инфор­ма­ци­он­но­го об­ще­ст­ва­ мно­же­ст­вом отд. «дис­кур­сов», «ма­лых по­ве­ст­во­ва­ний», не сво­ди­мых друг к дру­гу «язы­ко­вых игр» (в ду­хе Л. Вит­ген­штей­на).

В кон­цеп­ции де­кон­ст­рук­ции, раз­ра­бо­тан­ной Ж. Дер­ри­да, от­вер­га­ют­ся клас­сич. ло­го­цен­тризм, мыш­ле­ние би­нар­ны­ми оп­по­зи­ция­ми и чёт­ко очер­чен­ны­ми по­ня­тия­ми, во­об­ще лю­бое при­тя­за­ние на ус­та­нов­ле­ние не­кое­го ко­неч­но­го смыс­ла соз­дан­но­го ав­то­ром тек­ста. По­след­ний ока­зы­ва­ет­ся по­лем по­тен­ци­аль­но раз­но­ре­чи­вых и ам­би­ва­лент­ных зна­че­ний, и де­кон­ст­рук­ция – од­но­вре­мен­но «де­струк­ция» и «ре­кон­ст­рук­ция» (раз­бор­ка и сбор­ка) – пред­по­ла­га­ет вы­яв­ле­ние этих не­оче­вид­ных зна­че­ний и внутр. про­ти­во­ре­чи­во­сти тек­ста, а так­же сле­дов его ин­тер­пре­та­ции в ис­то­рии куль­ту­ры. По­ня­тие де­кон­ст­рук­ции по­лу­чи­ло ши­ро­кое рас­про­стра­не­ние в по­стмо­дер­ни­ст­ской фи­ло­со­фии, лег­ло в ос­но­ву лит.-кри­тич. ме­то­до­ло­гии йель­ской шко­лы (П. де Ман, Х. Блум и др.).

В опи­сан­ном Ж. Бод­рий­я­ром фе­но­ме­не ги­пер­ре­аль­но­сти – соз­да­вае­мой сред­ст­ва­ми мас­со­вой ин­фор­ма­ции вир­ту­аль­ной ре­аль­но­сти, в ко­то­рой ис­че­за­ет раз­ли­чие ме­ж­ду ре­аль­ным и во­об­ра­жае­мым, – центр. ме­сто за­ни­ма­ют по­ня­тия си­му­ля­ции и си­му­ля­кра. Си­му­лякр – ре­пре­зен­та­ция не­су­ще­ст­вую­ще­го, знак без оз­на­чае­мо­го (ре­фе­рен­та), «ко­пия без ори­ги­на­ла» – в эс­те­ти­ке П. иг­ра­ет роль, ана­ло­гич­ную по­ня­тию ху­дож. об­раза в клас­сич. эс­те­ти­ке.

Тра­диц. замк­ну­той «дре­во­вид­ной» струк­ту­ре зна­ния с его би­нар­ны­ми оп­по­зи­ция­ми и жё­ст­кой ие­рар­хич. ор­га­ни­за­ци­ей Ж. Де­лёз и Ф. Гват­та­ри про­ти­во­пос­та­ви­ли т. н. ри­зо­му – от­кры­тую по­ли­морф­ную «клуб­не­вую» сис­те­му, не имею­щую фик­си­ро­ван­но­го цен­тра и «вет­вя­щую­ся» во всех на­прав­ле­ни­ях. Де­ст­рук­ции бы­ли под­верг­ну­ты та­кие ос­но­во­по­ла­гаю­щие по­ня­тия ев­роп. фи­ло­со­фии, как «бы­тие», «смысл» (кри­ти­ка «идео­ло­гии ис­ти­ны» с её раз­гра­ни­че­ни­ем ис­ти­ны и зна­ния у Р. Рор­ти) и т. п. «Субъ­ект» пе­ре­ста­ёт быть цен­тром (идея смер­ти «ав­то­ра» у Р. Бар­та и М. Фу­ко), и его ме­сто за­ни­ма­ют без­лич­ные струк­ту­ры, прин­ци­пу «то­ж­де­ст­ва» («иден­тич­но­сти») про­ти­во­пос­тав­ля­ет­ся ка­те­го­рия «раз­ли­чия».

В ра­бо­те амер. ис­сле­до­ва­те­ля Ф. Джейм­со­на (р. 1934) «По­стмо­дер­низм, или Ло­ги­ка куль­ту­ры позд­не­го ка­пи­та­лиз­ма» («Postmodernism, or The cultural logic of late capitalism», 1991) со­дер­жит­ся мас­штаб­ное опи­са­ние со­ци­аль­ных, ан­тро­по­ло­гич. и эс­те­тич. ас­пек­тов П. как гло­баль­но­го со­цио­куль­тур­но­го фе­но­ме­на. С ут­ра­той тра­диц. ти­пов иден­тич­но­сти (в т. ч. ав­то­ном­но­го субъ­ек­та эпо­хи клас­сич. ка­пи­та­лиз­ма) в де­клас­си­ро­ван­ном об­ще­ст­ве по­треб­ле­ния ис­че­за­ет раз­ли­чие ме­ж­ду «вы­со­кой» и мас­со­вой куль­ту­рой, по­сту­ли­ро­ван­ное эк­зи­стен­циа­лиз­мом раз­ли­чие ме­ж­ду «под­лин­ным» и «не­под­лин­ным» и т. п. Джейм­сон от­ме­ча­ет в П. от­сут­ст­вие «глу­би­ны», об­щую тен­ден­цию к «по­верх­но­ст­но­сти», уга­са­ние ак­тив­но­го чув­ст­ва ис­то­рии (и как на­де­ж­ды, и как па­мя­ти) в пе­ре­жи­ва­нии «пер­ма­нент­но­го на­стоя­ще­го», пре­об­ла­да­ние син­хрон­но­го про­стран­ст­ва над вре­ме­нем, пе­ре­вес ви­зу­аль­но­го над вер­баль­ным с рас­про­стра­не­ни­ем но­вых ком­му­ни­ка­тив­ных тех­но­ло­гий (пре­ж­де все­го те­ле­ви­де­ния с его «Ниа­га­рой ви­зу­аль­ной трес­кот­ни»).

В це­лом для П. ха­рак­тер­но сме­ше­ние разл. жан­ров и дис­кур­сов, вклю­че­ние в на­уч. и фи­лос. тек­сты та­ких приё­мов иск-ва и лит-ры, как эле­мен­ты по­ве­ст­во­ва­ния, мон­таж и кол­лаж, ал­лю­зии и ме­та­фо­ры, кон­тек­сту­аль­ные раз­ры­вы и т. п.

В но­вей­шей со­цио­ло­гич. лит-ре тер­мин «по­стмо­дерн» не­ред­ко упот­реб­ля­ет­ся для обо­зна­че­ния эпо­хи, при­хо­дя­щей на сме­ну мо­дер­ну, ин­ду­ст­ри­аль­но­му об­ще­ст­ву и зна­ме­ную­щей со­бой ко­нец на­ча­то­го в Но­вое вре­мя «про­ек­та со­вре­мен­но­сти», раз­вёр­ты­вав­ше­го­ся в про­цес­се мо­дер­ни­за­ции. Вме­сте с тем мно­гие ис­сле­до­ва­те­ли счи­та­ют дан­ный пе­ри­од но­вой фа­зой мо­дер­на – «те­ку­чей» со­вре­мен­но­стью, «позд­ним», «не­за­вер­шён­ным», «ра­ди­ка­ли­зи­ро­ван­ным» мо­дер­ном и т. п. (З. Бау­ман, Ю. Ха­бер­мас, У. Бек, Э. Гид­денс и др.). На­ря­ду с этим для ха­рак­те­ри­сти­ки спе­ци­фич. ас­пек­тов со­ци­аль­но­го раз­ви­тия на ру­бе­же 20–21 вв. ис­поль­зу­ют­ся по­ня­тия: по­стин­ду­ст­ри­аль­ное об­ще­ст­во, ин­фор­ма­ци­он­ное об­ще­ст­во, об­ще­ст­во по­треб­ле­ния, об­ще­ст­во рис­ка, об­ще­ст­во «се­те­вых струк­тур» и т. п.

Постмодернизм в литературе

По­стмо­дер­низм в ли­те­ра­ту­ре офор­мил­ся в 1960-е гг., в зна­чит. сте­пе­ни раз­вив по­этич. дос­ти­же­ния аван­гар­диз­ма, в осо­бен­но­сти сюр­реа­лиз­ма и аб­сур­да те­ат­ра. На ста­нов­ле­ние лит-ры П. за­мет­ное влия­ние ока­зал пост­струк­ту­ра­лизм с при­су­щи­ми ему прин­ци­пи­аль­ным ан­ти­дог­ма­тиз­мом и кри­ти­кой лю­бых идео­ло­гий (име­нуе­мых струк­ту­ра­ми, ми­фо­ло­гия­ми или кон­цеп­та­ми). Для лит-ры П., прин­ци­пи­аль­но про­ти­во­пос­та­вив­шей се­бя всем ху­дож.-идео­ло­гич. язы­кам, пре­тен­до­вав­шим на реа­ли­стич. ото­бра­же­ние жиз­ни, ха­рак­тер­но пред­став­ле­ние о тек­сте как един­ст­вен­ной мо­де­ли ре­аль­но­сти, а так­же реф­лек­сия по по­во­ду спо­со­бов его соз­да­ния, при­зван­ная про­де­мон­ст­ри­ро­вать ус­лов­ность при­ро­ды по­ве­ст­во­ва­ния и по­тен­ци­аль­ное мно­же­ст­во рав­но­знач­ных сю­жет­ных ре­ше­ний (ро­ма­ны Дж. Фа­ул­за, А. Роб-Грийе, Ф. Сол­лер­са, Дж. Бар­та и др.). Центр. при­ём лит-ры П. – иро­ния: про­из­ве­де­ние за­ду­мы­ва­ет­ся (в со­от­вет­ст­вии с прин­ци­пом ин­тер­тек­сту­аль­но­сти) как иг­ра с чи­та­те­лем, ко­то­рый дол­жен рас­по­знать скры­тые или яв­ные ал­лю­зии, ци­та­ты и ре­ми­нис­цен­ции, а так­же раз­ра­бо­тать соб­ст­вен­ную, час­то не­ли­ней­ную, стра­те­гию чте­ния, ил­лю­ст­ри­рую­щую прин­цип бес­ко­неч­но­сти ин­тер­пре­та­ций и па­ро­ди­рую­щую по­ис­ки объ­ек­тив­но от­сут­ст­вую­ще­го смыс­ла («Ха­зар­ский сло­варь» и «Внут­рен­няя сто­ро­на вет­ра» М. Па­ви­ча; «62. Мо­дель для сбор­ки» Х. Кор­та­са­ра, и др.). При­стра­стие к па­ра­док­саль­ным сю­жет­ным си­туа­ци­ям, ало­гиз­му и гро­те­ску, стрем­ле­ние к фраг­мен­тар­но­сти и хао­тич­но­сти по­ве­ст­во­ва­ния, к сме­ше­нию сти­лей и жан­ров, ре­аль­но­го и фан­та­сти­че­ско­го, серь­ёз­но­го и ко­ми­че­ско­го, к раз­мы­ва­нию гра­ниц ме­ж­ду вы­со­ким ис­кус­ст­вом и мас­со­вой ли­те­ра­ту­рой, при­су­щие пи­са­те­лям-по­стмо­дер­ни­стам, не­ред­ко со­че­та­ют­ся с об­ра­ще­ни­ем к ми­фу с це­лью об­на­же­ния глу­бин­ных ос­нов куль­ту­ры (Г. Гар­сия Мар­кес и лат.-амер. ма­ги­че­ский реа­лизм), а так­же кри­ти­ки при­ми­тив­но­сти че­ло­ве­че­ско­го мыш­ле­ния в по­ст­ин­ду­ст­ри­аль­ном об­ще­ст­ве (Ж. Пе­рек, М. Уэль­бек, Ф. Бег­бе­дер и др.). Ха­рак­тер­ные осо­бен­но­сти лит-ры П. на­шли яр­кое во­пло­ще­ние в про­из­ве­де­ни­ях Т. Пин­чо­на, У. Бер­ро­уза, Д. Бар­тел­ма, К. Вон­не­гу­та, И. Каль­ви­но, У. Эко, позд­не­го В. В. На­бо­ко­ва (ро­ма­ны «Блед­ный огонь», 1962, «Ада», 1969), В. В. Еро­фее­ва, Э. В. Ли­мо­но­ва, В. О. Пе­ле­ви­на, В. Г. Со­ро­ки­на, Д. А. При­го­ва, Са­ши Со­ко­ло­ва, В. А. Пье­цу­ха и др.

Постмодернизм в архитектуре

По­стмо­дер­низм в ар­хи­тек­ту­ре – направ­ле­ние, воз­ник­шее во 2-й пол. 1960-х гг. как ре­ак­ция на гос­под­ство мо­дер­низ­ма, уни­фи­ци­ро­ван­ность его фор­маль­но­го язы­ка и рав­но­ду­шие к гра­до­стро­ит., ис­то­рич. и др. кон­тек­стам про­ек­та. На­це­лен­но­сти мо­дер­низ­ма на «кон­ст­руи­ро­ва­ние» бу­ду­ще­го при­вер­жен­цы П. про­ти­во­пос­та­ви­ли опо­ру на тра­ди­цию, а ра­цио­наль­но­сти – вни­ма­ние к эмо­цио­наль­но­му воз­дей­ст­вию ар­хи­тек­ту­ры. Для П. ха­рак­тер­ны ин­те­рес к гра­до­стро­ит. си­туа­ции, сти­ле­вой плю­ра­лизм (ис­поль­зо­ва­ние лю­бых сти­лей про­шло­го, за­час­тую – со­еди­не­ние «не­со­вмес­ти­мых» ма­те­риа­лов и ис­то­рич. мо­ти­вов в од­ном про­ек­те), учёт ре­аль­ных по­треб­но­стей за­каз­чи­ка и на­се­ле­ния в це­лом (соз­да­ние об­ществ. про­странств, ис­поль­зо­ва­ние раз­ных цве­тов и мас­шта­бов вме­сто «се­рой» и еди­но­об­раз­ной за­строй­ки). Ра­бо­ты ар­хи­тек­то­ров-по­стмо­дер­ни­стов от­ли­ча­ют иг­ро­вое на­ча­ло и иро­ния, а так­же ме­та­фо­ры и сим­во­лы (в пер­вую оче­редь ра­бо­ты А. Рос­си), «те­ат­раль­ность» язы­ка (напр., по­строй­ки Р. Бо­фил­ла 1970–1980-х гг. в Па­ри­же и его ок­ре­ст­но­стях).

Тео­ре­тич. ба­зу ар­хит. П., вклю­чаю­щую ком­плекс­ную кри­ти­ку мо­дер­низ­ма, за­ло­жи­ли Р. Вен­ту­ри [«Слож­но­сть и про­ти­во­ре­чия в ар­хи­тек­ту­ре» («Com­plexity and contradiction in architectu­re», 1966) и «Уро­ки Лас-Ве­га­са» («Learning from Las Vegas», 1972, совм. с Д. Скотт-Бра­ун и С. Ай­зе­ну­ром)] и Ч. Дженкс [«Язык ар­хи­тек­ту­ры по­стмо­дер­низ­ма» («The language of Post-Modern architec­ture», 1977, рус. пер. 1985)].

М. А. Белов, С. М. Бархин. Японский дом сегодня, или жилище островитянина. Конкурсный проект. 1987–89.

Амер. ар­хи­тек­то­ры Ч. Мур, М. Грейвс, Ф. Джон­сон, Р. Стерн, в мень­шей сте­пе­ни Р. Вен­ту­ри раз­ра­ба­ты­ва­ли наи­бо­лее «иро­нич­ный» и иг­ро­вой ва­ри­ант П. («поп-ар­хи­тек­ту­ра», эле­мен­ты кит­ча) с яр­ко вы­ра­жен­ной ком­мерч. со­став­ляю­щей: за­мет­ные, ори­ги­наль­ные по­строй­ки рас­смат­ри­ва­лись их за­каз­чи­ка­ми как раз­но­вид­ность рек­ла­мы (напр., по­строй­ки Грейв­са, А. Исод­за­ки во Фло­ри­де для ком­па­нии «Disney»). В Ев­ро­пе сфор­ми­ро­ва­лось т. н. не­ора­цио­на­ли­стич. на­прав­ле­ние П. (А. Рос­си, М. Бот­та, О. М. Ун­герс, Й. П. Кляй­хус), а так­же «не­оба­рок­ко» (П. Пор­то­ге­зи) и «не­оклас­си­цизм» (Л. Крие и мн. др. ар­хи­тек­то­ры из чис­ла тра­ди­цио­на­ли­стов). Сво­бод­ное фор­мо­об­ра­зо­ва­ние в рус­ле П. от­ли­ча­ет твор­че­ст­во Х. Хол­ляй­на, Г. Пейх­ля, Дж. Стер­лин­га. В СССР П. бы­ли близ­ки В. В. Ле­бе­дев, Л. Н. Пав­лов, мас­те­ра т. н. бу­мажной ар­хи­тек­ту­ры кон. 1970-х – 1980-х гг. А. С. Брод­ский, И. В. Ут­кин, Ю. И. Ав­ва­ку­мов, М. А. Бе­лов, С. М. Бар­хин и др.

Т. Фаррелл. Административное здание «Воксхолл-Кросс» в Лондоне. 1994.

Это на­прав­ле­ние, ко­то­рое так­же мож­но вос­при­ни­мать как ус­лов­ный «стиль», со­шло со сце­ны к сер. 1990-х гг., хо­тя по­строй­ки в его рус­ле про­дол­жа­ют по­яв­лять­ся и в 2010-е гг., как пра­ви­ло, в ре­гио­нах, да­лё­ких от цен­тров ак­ту­аль­но­го ар­хит. твор­че­ст­ва, или же в рам­ках ти­пов, им ма­ло за­тро­ну­тых (напр., тор­го­вые ком­плек­сы). Зна­чи­тель­но бо­лее ус­той­чи­вым ока­зал­ся раз­ра­бо­тан­ный П. под­ход к гра­до­строи­тель­ст­ву: квар­таль­ная за­строй­ка и сфор­ми­ро­ван­ный фронт ули­цы (при этом пер­вые эта­жи зда­ний от­во­дят­ся под ма­га­зи­ны и др. объ­ек­ты ин­фра­струк­ту­ры) вза­мен мо­дер­ни­ст­ской сво­бод­ной по­ста­нов­ки ар­хит. объ­ё­мов; сме­шан­ная ти­по­ло­гия зда­ний и мно­го­функ­цио­наль­ность гор. сре­ды вме­сто свой­ст­вен­но­го пред­ше­ст­вую­ще­му пе­рио­ду функ­цио­наль­но­го зо­ни­ро­ва­ния. Эти прин­ци­пы со­хра­ня­ют зна­чи­мость по сей день, так же как и идея об оп­ти­маль­но­сти сред­не­этаж­ной за­строй­ки. В сфе­ре ди­зай­на к П. от­но­сят ра­бо­ты итал. груп­пы «Мем­фис», Р. Вен­ту­ри, М. Грейв­са.

В ши­ро­ком смыс­ле под ар­хи­тек­ту­рой П. по­рой по­ни­ма­ют всю со­во­куп­ность на­прав­ле­ний, воз­ник­ших «по­сле мо­дер­низ­ма» (т. е. на­чи­ная с сер. 1960-х гг.), вклю­чая так­же де­кон­ст­рук­ти­визм, хайтек, не­омо­дер­низм, не­ли­ней­ную ар­хи­тек­ту­ру и т. д.

Постмодернизм в изобразительном искусстве

Тер­мин «П.» стал при­ме­нять­ся с 1970-х гг. Его пер­вым про­яв­ле­ни­ем стал поп-арт, ин­кор­по­ри­ро­вав­ший в собств. ху­дож. сис­те­му «имид­жи» по­пу­ляр­ной куль­ту­ры и тем са­мым пре­одо­лев­ший раз­рыв ме­ж­ду куль­ту­рой мас­со­вой и эли­тар­ной. В нач. 1980-х гг. про­изош­ло «воз­вра­ще­ние» к жи­во­пи­си; вновь ста­ли вы­со­ко це­нить­ся та­кие её свой­ст­ва, как ми­ме­тич. об­раз­ность, эмо­цио­наль­ность, чув­ст­вен­ные ка­че­ст­ва кра­соч­ной мас­сы (бо­га­тая фак­ту­ра и на­сы­щен­ность цве­то­вы­ми от­тен­ка­ми). Две ме­ж­ду­нар. вы­став­ки («Но­вый дух в жи­во­пи­си» в Лон­до­не, 1981, и «Дух вре­ме­ни» в Зап. Бер­ли­не, 1982) вы­яви­ли на­прав­ле­ния, стре­мив­шие­ся со­еди­нить раз­но­род­ные пла­сты куль­ту­ры, ин­тег­ри­ро­вать в од­ном про­из­ве­де­нии ак­ту­аль­ную ре­аль­ность и миф, об­ра­зы клас­сич. ше­дев­ров и улич­ные граф­фи­ти. К наи­бо­лее за­мет­ным те­че­ни­ям П. от­но­сят­ся не­оэкс­прес­сио­низм («но­вые ди­кие») в Гер­ма­нии, итал. транс­аван­гард, «сво­бод­ная фи­гу­ра­тив­ность» во Фран­ции (Ж. М. Аль­бе­ро­ла, Ж. Ш. Бле, Ф. Буа­рон, Р. Ком­ба), нео-поп, «но­вый об­раз» и «пло­хая жи­во­пись» в США [Дж. Кунс, Р. Лон­го, Д. Сал­ле (Салл), Э. Фишль, Дж. Шна­бель (Шна­бел)]; сю­да же мож­но от­не­сти ги­пер­реа­лизм, твор­че­ст­во амер. ху­дож­ни­ков-граф­фи­ти­стов К. Ха­рин­га и Ж. М. Бас­кия (Бас­киа). Уча­ст­ни­ки итал. груп­пы «Pittura colta» («про­све­щён­ная жи­во­пись»; из­вест­на так­же под назв. «не­омань­е­ризм» – К. М. Ма­риа­ни, А. Аба­те и др.) стре­ми­лись к точ­но­му вос­про­из­ве­де­нию тех­ни­ки, сти­ли­сти­ки ака­де­мич. жи­во­пи­си, вы­яв­ляя те­ат­раль­ность ал­ле­го­рич. сю­же­тов, из­ло­жен­ных язы­ком ил­лю­зио­низ­ма. Про­из­ве­де­ния П. ор­га­ни­зу­ют­ся как по­ле взаи­мо­дей­ст­вия разл. сти­ле­вых приё­мов и те­ма­тич. мо­ти­вов – вслед­ст­вие их пе­ре­се­че­ния об­ра­зу­ют­ся мно­го­уров­не­вые сет­ки, в про­стран­ст­ве ко­то­рых про­ис­хо­дят их сво­бод­ные пе­ре­те­ка­ния, ас­со­циа­тив­ные сце­п­ле­ния, слия­ния в раз­ные смы­сло­вые бло­ки. Ре­ми­нис­цен­ции, пе­ре­фра­зи­ро­ва­ние из­вест­ных кар­тин, так­же пря­мое ци­ти­ро­ва­ние и за­им­ст­во­ва­ния (т. н. ап­ро­приа­ции) ста­ли ха­рак­тер­ны­ми свой­ст­ва­ми П. в жи­во­пи­си, а за­тем и в др. ви­дах иск-ва (скульп­ту­ра, ин­стал­ля­ция, ви­део-арт, фо­то­ис­кус­ст­во).

В рос. иск-ве ана­ло­ги­ей ев­роп. и амер. П. в 1970–80-е гг. бы­ло твор­че­ст­во сфор­ми­ро­вав­ших­ся в рам­ках ан­дер­гра­ун­да мас­те­ров моск. апт-ар­та, кон­цеп­ту­аль­но­го ис­кус­ст­ва, соц-ар­та, «но­вых ху­дож­ни­ков» в С.-Пе­тер­бур­ге и др.

Постмодернизм в кино

Чер­ты П. на­ча­ли про­яв­лять­ся уже в филь­мах пред­ста­ви­те­лей франц. «но­вой вол­ны» – Ж. Де­ми («Ло­ла», 1961), Ж. Л. Го­да­ра («Жить сво­ей жиз­нью», 1962), А. Вар­да («Сча­стье», 1965) и др., для ко­то­рых ха­рак­тер­ны реф­лек­сии, свя­зан­ные с втор­же­ни­ем в жизнь мас­со­вой куль­ту­ры. По­сте­пен­ный пе­ре­ход от мо­дер­низ­ма, до­ми­ни­ро­вав­ше­го в ки­не­ма­то­гра­фе 1960-х гг., к П. осо­бен­но за­ме­тен в твор­че­ст­ве М. Ан­то­нио­ни: те­ма ис­че­заю­щей ре­аль­но­сти в филь­мах «При­клю­че­ние» (1960) и «За­тме­ние» (1961), ос­вое­ние пла­стов поп-ар­та и мо­ло­дёж­ной контр­куль­ту­ры, а так­же фе­но­мен под­ме­ны жиз­ни её рек­лам­но-ме­дий­ной ими­та­ци­ей в кар­ти­нах «Фо­то­уве­ли­че­ние» («Blow up», 1967) и «За­бри­ски Пойнт» (1970). За­мет­ный вклад в фор­ми­ро­ва­ние П. на За­па­де вне­сли ре­жис­сё­ры, эмиг­ри­ро­вав­шие из стран со­циа­лиз­ма: Р. По­лан­ски, М. Фор­ман, позд­нее – А. С. Кон­ча­лов­ский. По­стмо­дер­ни­ст­ский дис­курс окон­ча­тель­но офор­мил­ся в ки­не­ма­то­гра­фе 1970–80-х гг.: С. Куб­рик и П. Гри­нау­эй – в Ве­ли­ко­бри­та­нии; Ф. Ф. Коп­по­ла, Дж. Уо­терс, М. Скор­се­зе, Б. Де Паль­ма – в США; С. Ле­о­не – в Ита­лии, А. Кау­рис­мя­ки – в Фин­лян­дии, П. Аль­мо­до­вар – в Ис­па­нии, а так­же пред­ста­ви­те­ли т. н. но­во­го ба­рок­ко во Фран­ции – Л. Бес­сон, Ж. Ж. Бе­некс, Л. Ка­ракс. При ши­ро­ком диа­па­зо­не ху­дож. ус­та­но­вок, гра­ни­ча­щих с па­ро­ди­ей и кит­чем, их объ­е­ди­ня­ют об­щие чер­ты: деи­део­ло­ги­за­ция, то­таль­ная иро­ния, сти­ра­ние гра­ниц ме­ж­ду «вы­со­ким» и «низ­ким», вне­дре­ние в струк­ту­ру филь­мов эс­те­ти­ки рек­ла­мы, оби­лие куль­тур­ных и ки­не­ма­то­гра­фич. ци­тат. В про­ти­во­вес сво­им пред­ше­ст­вен­ни­кам эпо­хи мо­дер­низ­ма боль­шин­ст­во ре­жис­сё­ров П. от­вер­га­ют культ ав­тор­ст­ва, а в ка­че­ст­ве кри­те­ри­ев цен­но­сти филь­ма вы­дви­га­ют зре­лищ­ность, тре­вож­ное ожи­да­ние че­го-то не­из­вест­но­го («сас­пенс») и т. п. В. Вен­дерс в сво­их ме­лан­хо­ли­че­ских «road movie» (филь­мах-пу­те­ше­ст­ви­ях) раз­ви­вал на­ча­тую Ан­то­нио­ни те­му ис­чез­но­ве­ния ре­аль­но­сти, до­пол­няя её мыс­лью о смер­ти ки­но; его по­сле­до­ва­те­лем стал ка­над. ре­жис­сёр арм. про­ис­хо­ж­де­ния А. Эго­ян («Эк­зо­ти­ка», 1994).

В 1980–90-е гг. П. ос­та­вил глу­бо­кий от­пе­ча­ток в амер. жан­ро­вом ки­но («Мол­ча­ние яг­нят» Дж. Дем­ми, 1991; «Семь» Д. Фин­че­ра, 1995), яр­ко про­явил­ся в филь­мах Д. Лин­ча, при­шед­ше­го в зре­лый пе­ри­од к эс­те­ти­ке «не­овар­вар­ст­ва»: по­эти­за­ция ин­фан­тиль­ной поп-куль­ту­ры амер. про­вин­ции в ви­де мис­тич. сказ­ки. Др. пред­ста­ви­тель «по­эти­че­ско­го» П. – Т. Гил­ли­ам при­чуд­ли­во со­еди­ня­ет ре­аль­ность, фан­та­зию и китч («Бра­зи­лия», 1985; «Ко­роль-ры­бак», 1991). По­стмо­дер­ни­ст­скую ин­тер­пре­та­цию клас­сич. амер. ми­фо­ло­гии да­ли Дж. Джар­муш («Чу­же­род­нее рая», 1984; «Мерт­вец», 1995), бра­тья Дж. Д. и И. Дж. Ко­эн («Бар­тон Финк», 1991; «Фар­го», 1996).

В 1990-е гг. дос­ти­же­ния­ми ки­не­ма­то­гра­фа П. ста­ли «Под­по­лье» Э. Кус­ту­ри­цы (1995), «Рас­се­кая вол­ны» Л. фон Трие­ра (1996), «Всё о мо­ей ма­те­ри» Аль­мо­до­ва­ра (1999). Эс­те­ти­ку П. ис­поль­зо­ва­ли Н. С. Ми­хал­ков («Очи чёр­ные», 1987; «Утом­лён­ные солн­цем», 1994), кит. ре­жис­сё­ры Цай Мин­лян («Ре­ка», 1996) и Вонг Кар­вай («Лю­бов­ное на­строе­ние», 2000), позд­нее – мекс. ре­жис­сёр Г. дель То­ро («Ла­би­ринт фав­на», 2006). Сфор­му­ли­ро­ван­ная во 2-й пол. 1990-х гг. Трие­ром кон­цеп­ция «Дог­мы», про­ти­во­сто­яв­шая как мо­дер­низ­му, так и П., яви­лась по­пыт­кой вер­нуть це­ло­муд­рие и ас­ке­тизм ран­не­го ки­но. В це­лом ки­не­ма­то­граф 2000–10-х гг., не от­вер­гая на­ко­п­лен­ный П. опыт, всё ча­ще воз­вра­ща­ет­ся к клас­сич. эс­те­ти­ке.

Постмодернизм в театре

От­прав­ной точ­кой для по­стмо­дер­ни­ст­ской реф­лек­сии ста­ли А. Ар­то и его кон­цеп­ция «Те­ат­ра жес­то­ко­сти». С сер. 20 в. ро­ж­да­лись тео­рии о «кон­це ре­пре­зен­та­ции» и «кри­зи­се ми­ме­тиз­ма» (Ж. Дер­ри­да), кон­цеп­ции «энер­ге­ти­че­ско­го те­ат­ра» (Ж. Ф. Лио­тар), «те­ат­ра без спек­так­ля» (К. Бене­), «по­стдра­ма­ти­че­ско­го те­ат­ра» (Х. Т. Ле­ман), под­ме­ны ак­тёр­ско­го мас­тер­ст­ва тео­ри­ей «пер­фор­ма­тив­но­го по­ве­де­ния» (Э. Бар­ба) и т. д. Для те­ат­ра П. ха­рак­тер­ны ин­тер­тек­сту­аль­ность, кол­лаж­ность, по­ли­сти­ли­сти­ка и плю­ра­лизм, пас­тиш, двой­ной код, де­кон­ст­рук­ция и т. п. Чер­ты по­стмо­дер­ни­ст­ско­го те­ат­ра на­шли яр­кое вы­ра­же­ние в дея­тель­но­сти «Ли­винг-ти­этр», Е. Гро­тов­ско­го, Т. Кан­то­ра, Бар­бы, Р. Уил­со­на, А. Мнуш­ки­ной, П. Ше­ро, Р. Ле­па­жа, Т. Суд­зу­ки и др. «Празд­нич­ность», род­ст­вен­ная спор­тив­ным иг­рам и раз­вле­че­ни­ям, сво­бод­ная ком­пи­ля­ция став­ших клас­си­че­ски­ми те­ат­раль­ных «тек­стов» (от дра­ма­тур­гии до пла­сти­че­ско­го и зву­ко­во­го оформ­ле­ния), иг­ра от­нюдь не все­гда чи­тае­мы­ми зри­те­лем и осоз­нан­ны­ми ав­то­ром ци­та­та­ми, от­сут­ст­вие стро­го вы­ве­ден­ной сю­жет­ной ли­нии, по­сто­ян­ная транс­фор­мация ха­рак­те­ров, вер­ба­тим, апел­ля­ция к об­раз­ам мас­со­вой куль­ту­ры па­рал­лель­но «иг­ре в клас­си­ку» – всё это при­сут­ст­ву­ет в те­ат­ре по­стмо­дер­низ­ма.

Но­вей­шая дра­ма­тур­гия (С. Ше­пард, Т. Стоп­пард, М. Па­вич и др.) по­ро­ди­ла но­вый тип ге­роя и но­вые ам­п­луа (напр., «по­сто­рон­ний») и – при ус­та­нов­ке на унич­то­же­ние гра­ниц ме­ж­ду тра­ди­ци­он­но по­ни­мае­мы­ми ви­да­ми и ро­до­вы­ми осо­бен­но­стя­ми опе­ры, тан­ца, дра­мы и му­зы­ки – спо­соб­ст­во­ва­ла об­ра­зо­ва­нию но­вых те­ат­раль­ных жан­ров.

Ха­рак­тер­ны­ми чер­та­ми по­стмо­дер­ни­ст­ско­го спек­так­ля мож­но счи­тать ос­лаб­ле­ние ре­жис­сёр­ской во­ли в ор­га­ни­за­ции смыс­ла пред­став­ле­ния, вы­дви­же­ние на пер­вый план сце­но­гра­фа и хо­рео­гра­фа, стрем­ле­ние под­ме­нить ка­тар­сис тран­сом, «уз­на­ва­ние» и со­пе­ре­жи­ва­ние пер­со­на­жам – кри­тич. по­зи­ци­ей зри­те­ля.

В СССР с 1960-х гг. П. су­ще­ст­во­вал пре­им. как па­ро­дий­ное от­ра­же­ние в ху­дож. твор­че­ст­ве жё­ст­кой офиц. идео­ло­гич. схе­мы. Как эпо­халь­ные в ма­ни­фе­ста­ции но­вой те­ат­раль­но­сти и пост­мо­дер­ни­ст­ские по про­бле­ма­ти­ке, по­эти­ке, мо­щи зву­ча­ния и си­ле ре­зо­нан­са вы­де­ля­ют­ся спек­так­ли та­ких раз­ных ре­жис­сё­ров, как А. А. Ва­силь­ев и Р. Г. Вик­тюк. На ру­бе­же 20–21 вв. П. пе­рио­ди­че­ски воз­ни­ка­ет в ка­че­ст­ве ин­тер­пре­та­ци­он­но­го ко­да в дея­тель­но­сти рос. ре­жис­сё­ров Б. Ю. Юха­на­но­ва, Кли­ма (В. А. Кли­мен­ко), В. В. Мир­зое­ва, А. А. Мо­гу­че­го, И. Н. Ла­ри­на, А. В. Слю­сар­чу­ка, в спек­так­лях «Ин­же­нер­но­го те­ат­ра АХЕ» и др.

Постмодернизм в музыке

Про­яв­ле­ния П. в му­зы­ке кон. 20 – нач. 21 вв. ча­ще все­го свя­зы­ва­ют с ос­мыс­ле­ни­ем и пе­ре­оцен­кой цен­но­стей аван­гар­диз­ма сер. 20 в. (ина­че на­зы­вае­мо­го аван­гар­дом-II, но­вей­шей му­зы­кой). Ре­ак­ци­ей на се­риа­лизм, не­кон­тро­ли­руе­мую алеа­то­ри­ку, эс­те­ти­ку «ин­ст­ру­мен­таль­но­го те­ат­ра», хеп­пе­нинг, экс­пе­ри­мен­ты в об­лас­ти кон­крет­ной му­зы­ки, элек­трон­ной му­зы­ки яви­лось тя­го­те­ние к «но­вой про­сто­те» (В. Рим в Гер­ма­нии). Ряд ком­по­зи­то­ров 1970–80-х гг. ощу­ти­ли по­треб­ность вер­нуть­ся к бо­лее тра­диц. язы­ку, эмо­цио­наль­ной не­по­сред­ст­вен­но­сти, ес­те­ст­вен­но­сти вы­ска­зы­ва­ния, не бо­ясь об­ви­не­ний в эпи­гон­ст­ве и эк­лек­ти­ке (наи­бо­лее ра­ди­каль­но этот по­во­рот осу­ще­ст­ви­ли В. И. Мар­ты­нов, К. Пен­де­рец­кий, А. Пярт, В. В. Силь­ве­ст­ров и пред­ста­ви­те­ли амер. ми­ни­ма­лиз­ма). Ис­то­ри­за­ция соз­на­ния ком­по­зи­то­ров (при­мер­но с кон. 1960-х гг.), на­обо­рот, вы­ра­зи­лась в тен­ден­ции к «но­вой слож­но­сти» (Б. Фер­ни­хоу в Ве­ли­ко­бри­та­нии), в обиль­ном ци­ти­ро­ва­нии за­им­ст­во­ван­но­го муз. ма­те­риа­ла, в ча­ст­но­сти в тех­ни­ке кол­ла­жа (позд­ний Д. Д. Шос­та­ко­вич, Р. К. Щед­рин, Л. Бе­рио и др.) и в по­ли­сти­ли­сти­ке (А. Г. Шнит­ке). Вме­сте с тем П. как эс­те­тич. про­грам­ма (в том смыс­ле, как этот тер­мин во­шёл в фи­ло­со­фию, лит-ру, изо­бра­зит. иск-во и ки­но) прак­ти­че­ски не кос­нул­ся му­зы­ки, где цен­но­ст­ная вер­ти­каль и при­вер­жен­ность ху­дож. ка­но­ну (тра­ди­ци­он­но­му или ис­ко­мо­му в ис­то­рич. пер­спек­ти­ве) со­хра­ня­ют своё зна­че­ние. На этом ос­но­ва­нии ряд рос. ис­сле­до­ва­те­лей (Т. В. Че­ред­ни­чен­ко, В. Н. Хо­ло­по­ва) счи­та­ют тер­мин «П.» не­при­ме­ни­мым к му­зы­ке.

описание стиля и примеры фото 78 реальных фото от Mebel169.ru

Постмодернизм — карикатура на роскошные дизайнерские течения.

Нелогичный, непрактичный, безбашенный и смелый — так обычно называют стиль постмодернизм в интерьере. Направление позволяет сочетать несочетаемое, выбирать оригинальную мебель и ультрасовременный декор.

История стиля

Постмодернизм формировался в середине прошлого века, а окончательно утвердился как направление к 70-м годам. Стиль возник как ответ общества на популярные модерн и авангард, став альтернативой их аскетичным формам. Изменения начались с архитектуры, затронули декоративно-прикладное искусство, литературу и дошли до дизайна интерьеров.

Постмодернистское направление скорее не отдельный самостоятельный стиль, а совокупность стилей, потому что задействует их предметы и элементы.

Особенности постмодернизма

Один из самых молодых стилей до сих продолжает развиваться и с каждым днем набирает большую популярность. Постмодернизм открыто отрицает функционал. На первое место выводится оригинальный внешний вид. А эклектика и контрастные детали привносят в интерьер немного иронии.

Планировка помещения зависит от конечной идеи. Чаще всего свободная и ассиметричная. Ценность материалов и канонов дизайна снижается. Напольное покрытие используют для стен, настенное — для потолка.

Среди характерных черт выделяются:

  • сочетание несочетаемых материалов;
  • элементы сюрреализма и китча в интерьере;
  • карикатурные пародии на другие стили;
  • разноуровневое освещение;
  • осознанное нарушение пропорций, асимметрия — увеличение малого и уменьшение того, что должно быть большим;
  • просторная площадь;
  • неоднородность предметов — причудливо сочетаются между собой мебель строгой формы с округлой и обтекаемой, декор различных культур и народов.

Постмодернистский стиль чаще выбирают для оформления интерьеров ресторанов и клубов. Жилым комнатам направление добавит неповторимой оригинальности. Сделать композицию более легкой помогут арки и колонны.

  • Быстрый просмотр

    Цена за всю кухню

    Общие размеры

  • Быстрый просмотр

    32 702 ₽ 46 717 ₽

    -30%

    Цена за всю кухню

    Общие размеры

  • Быстрый просмотр

    Цена за всю кухню

    Общие размеры

  • Быстрый просмотр

    22 524 ₽ 32 177 ₽

    -30%

    Цена за всю кухню

    Общие размеры

  • Быстрый просмотр

    49 578 ₽ 70 826 ₽

    -30%

    Цена за всю кухню

    Общие размеры

  • Быстрый просмотр

    54 428 ₽ 77 754 ₽

    -30%

    Цена за всю кухню

    Общие размеры

  • Быстрый просмотр

    Цена за всю кухню

    Общие размеры

Материалы и отделка

У постмодернизма нет ограничений в выборе отделочных материалов: древесина, пластик, стекло, металл для полок и шкафов. Паркет и керамическая плитка с ярким орнаментом, ламинат стилизованный под древесину или линолеум. Для стен обои, фотообои, гипсокартон, панели из дерева или ПВХ. Краска, штукатурка, натяжные или подвесные потолки и многоуровневые конструкции — все будет уместно.

Оригинально смотрится в интерьере разная отделка поверхностей. Так стены одной и той же комнаты могут сочетать несколько материалов. К примеру одна покрашена, а другая отделана панелями с 3D-принтом. Такой прием используют и для зонирования помещения. Кроме того постмодерн в интерьере подчеркнут всевозможные подиумы и ниши.

Цветовая гамма

Хотя стиль предполагает совмещать несовместимые на первый взгляд материалы, тона и фактуры предпочтения к палитре все же существуют. Так для отделки комнаты помимо белого выбирают пастельные и приглушенные цвета: бежевый, кремовый, песочный, жемчужный.

Акценты расставляют с помощью динамичных и ярких: индиго, алый, бирюза, оранжевый, солнечно-желтый. Позолоту и серебро используют реже. Черный добавляет предметам четкости и строгости, а светлые оттенки помогают создать гармонию между всеми деталями интерьера.

Если определиться с выбором палитры сложно дизайнеры советуют взять за основу 2-3 светлых оттенка и постепенно добавлять яркие пятна в композицию. Фиолетовая ваза, зеленый торшер, красное кресло в результате помогут создать комфортную, уютную и уникальную обстановку.

Мебель постмодерна

Стиль позволяет задействовать фантазию на полную, предполагая не выбор конкретного набора мебели, а сочетание разных вариантов. Строгие минималистичные шкафы с четкими линиями гармонично смотрятся рядом с обтекаемым диванным уголком. Резные стулья эпохи барокко с простым деревянным комодом. Допустима даже комбинация стиля и цвета: антикварная мебель в неоновом оттенке будет смотреться оригинально.

Важно, чтобы мебель была не антикварной, а выполненной под старину и ярко раскрашенной. Ведь постмодернизму свойственно возводить стилевые элементы в гротеск. Превращать интерьер в шарж.

Постмодерн ценит уникальное и не признает практичность. При оформлении помещения стоит помнить об этом. Полки для книг, висящие наискось. Диван без спинки или, наоборот, с низкой и узкой. Кресло с огромными ножками или приземистые модели. Кофейный стол обтянутый бархатом. Царство асимметрии и искаженных пропорций. Главное  не перегружать интерьер обилием форм, фактур и оттенков.

  • Доставим завтра

    Быстрый просмотр

    22 484 ₽ 32 120 ₽

    -30%

    Цена за всю гостиную

    Общие размеры

  • Быстрый просмотр

    Цена за всю гостиную

    Общие размеры

  • Доставим завтра

    Быстрый просмотр

    Цена за всю гостиную

    Общие размеры

    длина

    272,4/152,4 см

  • Быстрый просмотр

    Цена за всю гостиную

    Общие размеры

  • Быстрый просмотр

    Цена за всю гостиную

    Общие размеры

К материалам у постмодерна предпочтений нет. Экокожа, кожа, натуральные ткани или синтетические — не важно. На первый план выходят формы и украшения. Так корпусную мебель и открытые стеллажи можно декорировать металлическими элементами. Мягкую и бескаркасную мебель украсят диванные подушки без бахромы.

Двери и окна

Строгих правил по оформлению проемов у постмодернизма нет, но широкие распашные окна все же предпочтительнее. Вместо легких занавесок и шикарных гардин в гостиной подходят жалюзи, римские или рулонные шторы, а в спальне допустимы классические прямые гардины.

Привычные двери между комнатами можно заменить раздвижными или складными. Такие модели больше отвечают стилю, а комбинация со светлой отделкой придаст простора помещению.

Освещение

Обилие естественного света дополняет искусственный, размещенный локально. Встроенные светильники, люстра, напольные торшеры, настольные лампы и бра освещают интерьер. Модели и формы комбинируют.

Кованая люстра будет сочетаться с резной богатой мебелью, торшеры строгих форм — с четкими линиями, а декоративные бра дополнят композицию. Интересно смотрится подсветка отдельных элементов разными цветами: желтым, зеленым, синим. Таким образом выделяют цветочные горшки, статуэтки.

Декор и детали

У каждого аксессуара постмодернизма есть отдельное место. Они уравновешивают друг друга, предметы мебели, разнообразность форм. Цвета обычно выбирают контрастные, но гармонирующие с фоном. Для украшения подходят настоящие и искусственные звериные шкуры, ковры с геометрическим принтом.

Картины уличных художников в пластиковых рамах. От пасторальных сюжетов стоит отказаться в пользу кубизма и абстракции. Дополнят интерьер живые растения в напольных кадках или горшках, размещенные на разных уровнях. Оригинально будет смотреться цветная керамическая посуда необычных форм и размеров. Статуэтки, бюсты из металла, гипса, древесины.

Стиль постмодернизм в интерьере разных комнат

Оформление интерьера меняется от помещения к помещению — спальня, гостиная, кухня — но основные принципы постмодерна остаются.

Гостиная

Комната для дружеских встреч и семейных вечеров часто отделана в светлых тонах. Белый, кремовый, молочный. Либо, наоборот, в темных: черный, графитовый. Стены украшены картинами и абстрактными постерами. На полках стоят горшки с цветами. Обилие зеркал разных форм и размеров поможет визуально преломить и исказить пространство подчеркивая оригинальность стиля.

Спальня

Пожалуй самая спокойная в отделке и оформлении комната. Пастельные тона прослеживаются не только на стенах и потолке, но и в предметах мебели и декора. Мятный, лимонный, нежно-розовый. Кровать выбирают массивную выполненную из древесины. Устанавливают в нишу или на специальный подиум. Декором послужат яркие шторы или плотные портьеры, постельное белье с узором.

Люстра в комнате необязательна. Будет достаточно настенных светильников и встроенной подсветки на потолке.

Кухня

Для пола подойдет плитка имитирующая древесину. Для стен — однотонный или расписной вариант. Плитку можно заменить плотными обоями, выдерживающими влажность и перепад температур. Яркости добавит кухонный фартук. Гарнитур обычно в классических тонах: белый, серый, бежевый, но все зависит от фантазии.

Обеденную зону часто наполняют пластиковой мебелью похожей на детали конструктора. Стол заменит барная стойка, а стулья со спинками — высокие табуреты. Оригинально будет смотреться кухня выполненная на манер кафе.

Ванная комната

В отделке преимущественно керамическая плитка четкой формы. Однотонная или с этническим орнаментом с глянцевым блеском или матовая. Хорошо смотрится вариант в виде шестиугольников — «пчелиных сот». Сантехника непривычной формы: округлые ванны на ножках или без них, расположенные посередине помещения. Квадратные широкие раковины контрастного оттенка. Стеклянная перегородка отделяющая душевую систему. Внимательность к деталям позволит раскрыть стиль в полной мере.

Больше фото

Чтобы оформить интерьер в стиле постмодерна нужно следовать некоторым правилам и придерживаться принципов. Тогда помещение получится выразительным, оригинальным, эмоциональным, передающим характер хозяина.

  • Быстрый просмотр

    Цена за всю кухню

    Общие размеры

  • Быстрый просмотр

    49 589 ₽ 70 841 ₽

    -30%

    Цена за всю кухню

    Общие размеры

  • Быстрый просмотр

    45 150 ₽ 64 500 ₽

    -30%

    Цена за всю кухню

    Общие размеры

  • Быстрый просмотр

    44 510 ₽ 63 586 ₽

    -30%

    Цена за всю кухню

    Общие размеры

  • Быстрый просмотр

    41 940 ₽ 59 914 ₽

    -30%

    Цена за всю кухню

    Общие размеры

  • Быстрый просмотр

    Цена за всю кухню

    Общие размеры

  • Быстрый просмотр

    32 883 ₽ 46 976 ₽

    -30%

    Цена за всю кухню

    Общие размеры

  • Быстрый просмотр

    58 308 ₽ 83 297 ₽

    -30%

    Цена за всю кухню

    Общие размеры

Постмодернизм в интерьере: особенности стиля, фото

Ярко, безбашенно, нелогично, сочно. Постмодернизм — это творческий бунт против скуки. Если ровные линии и голые белые стены не для вас — обратите внимание на постмодернистский интерьер.

В основу постмодернистской стилистики легли сложности и противоречия. Постмодернисты бунтовали против утопии минимализма, считая это недостижимым и скучным. Этот бунт прозвали эстетикой городского апокалипсиса.

Вещи, дизайн которых противоречит функциональному назначению — почти девиз стиля. Например, пустые рамки на стенах или кривые книжные полки запросто можно увидеть в домах, оформленных в стиле постмодернизм. Здесь встречается всё, что может удивить: яркие цвета, нестандартные, крупные формы, нелогичные предметы декора, непривычные углы в помещении.

Постмодернизм в современном интерьере

Современный постмодернизм стремится объединять жилые зоны в одно пространство. Квартиры-студии — яркий тому пример. Не нужно переделывать помещения или заменять вашу мебель на новую: стиль умело подстраивается под имеющиеся условия.

Материалы и отделка

Стены принято отделывать немонотонной штукатуркой. В качестве акцента можно использовать декоративно-прикладные вставки: ниши, полки, шкафчики. Высокие потолки обрамляют деревянными балками. При оформлении дома в стиле постмодерн уместны ламинат, стекловолокно, бетон, мрамор, пластик и металл.

Цветовое оформление

Цветовая палитра не ограничена: преобладают белоснежный, черный и желтый цвета, кофейные оттенки, серебристые и перламутровые эффекты. Основной принцип постмодернизма: цвет не смотрится вызывающе, но при этом не навевает скуку. Толстые черные линии в картинах или акцентах мебели добавят чёткости, а нейтральные оттенки сбалансируют яркие тона. 

Если вы не готовы сразу покрасить всю комнату, можно вводить цвет постепенно: для начала пыставьте яркий диван, потом дополните композицию пёстрым шкафом. Последовательно добавляя краски в свою жизнь, уже не сможете остановиться.

Стилевая мебель

Прозрачные красные стулья, многоуровневые журнальные столики, открытые шкафы, расположенные диагонально полки для книг, диваны без спинки – постмодернизм приветствует нестандартные формы и непривычные решения.  

Декор и детали

Украсьте интерьеры необычными вазами. На стенах, помимо асимметричных книжных полок, можно развесить постмодернистские картины. Если гостиной не хватает уюта, добавьте искусственный камин. Он привнесет домашнюю атмосферу в любую комнату.

Обладаете нестандартным, творческим мышлением, с легкостью адаптируетесь к современным реалиям? Желаете бросить вызов здравому смыслу и привычке, но при этом не хотите отказываться от домашнего уюта? Самое время оформить своё жилье в стиле постмодернизм! 

Что такое постмодернизм или почему «Симпсоны» устарели — T&P

Завершив два сезона рубрики «Просто о сложном», «Теории и практики» решили перейти от понятий эмпирических к вещам более теоретическим. В новом выпуске рубрики «Словарный запас» — толкование термина «постмодернизм», без которого невозможно объяснить, почему можно одновременно обожать Ницше и ходить в церковь, как возникает усталость от идеалов и почему коммунистические идеи переживают ренессанс.

Несмотря на то, что встретить слово постмодернизм нам удается только в словарях и философских текстах, с явлениями, которые можно охарактеризовать как постмодернистские, мы сталкиваемся постоянно. Термин «постмодернизм» применяют как правило для описания определенных явлений в культуре. Он характеризует собой не какие-то внешние черты, а типы культурного производства, а подчас даже условия культурного производства — то есть контекст. В философии мы можем отнести к постмодернизму Деррида, Фуко, Делеза, Бодрийяра, Лиотара и других. В искусстве можно отнести целые направления: поп-арт, минимализм, концептуализм. В литературе нам даже не надо искать примеры среди западных авторов, так как мы богаты своими: Виктор Ерофеев, Саша Соколов, Владимир Сорокин. Виктор Пелевин о трактовке термина писал так:

— Что это такое — постмодернизм? — подозрительно спросил Степа.

— Это когда ты делаешь куклу куклы. И сам при этом кукла.

Состояние культуры, называемое постмодернизмом, характеризуется концом истории, идеологии, политики, искусства, социальных классов — время конца всего. Все уже было и сегодня ничто из этого не работает, мы все преодолели и живем в некую пост-эпоху, так воспринималось это в девяностых. Автор умер, персональный стиль невозможен и не нужен, ведь в распоряжении множество стилей и форм прошлого, которые можно использовать и интерпретировать. Ни автор, ни произведение не претендуют на уникальность и тем более новизну. Возможно, самым существенным признаком постмодернизма является отсутствие каких-либо позиций. Вера в идеалы, свойственная довоенной эпохе, испарилась. В эпоху постмодернизма самые распространенная позиция — отстраненный взгляд критика, иронизирующего и пародирующего современность и прошлое.

Интересно смотреть на то, как постмодернизм проникает в наше сознание. Есть люди, которые могут одновременно обожать Ницше и быть неистовыми православными, критиковать Путина и власть и работать в «Единой России».

Можно сказать, что в определенный момент постмодернизм из особого типа культурного производства превратился в парадигму, которая порождает различные явления в культуре и социуме, возможные только в этой парадигме. То есть постмодернизм стал тотальным состоянием всей культуры, порождающей за собой не только произведения искусства, но и форму мысли как таковую.

С помощью концепта «постмодернизм» теоретики объясняют не только культурные явления, но и социальные. Постмодернизм предполагает потерю веры в некие коллективные интересы, в движение истории, в прогресс. После развала Советского Союза во всем мире произошел крах веры в большие идеи. Коммунизм как идея стал синонимом разочарования. Вместе с этим пришло разочарование в политике и вообще в построении идеалов. Крах СССР стал причиной установления на долгие годы парадигмы восприятия мира как безальтернативного. В 1990-х и начале 2000-х идея, что западная модель либеральной демократии является финальной точкой общественного развития была единственной призмой восприятия мира. Расцвет общества потребления как нельзя кстати соответствовал культурной парадигме постмодернизма. Ведь если больше нет никаких вопросов ни относительно жизненных ценностей, ни относительно форм общественного устройства, ни относительно религии (так как либеральная демократия предполагает плюрализм), то все о чем нужно думать, это как провести выходные и какой телевизор купить.

Евгения Онегина

Американца Джефа Кунса, чьи работы входят в число самых дорогих произведений современных художников, можно отнести к постмодернистам.

Интересно смотреть на то, как постмодернизм проникает в наше сознание. Есть люди, которые могут одновременно обожать Ницше и быть неистовыми православными, критиковать Путина и власть и работать в «Единой России», работать в рекламном агентстве и критиковать капитализм — примеров множество. Состояние культуры становится состоянием человеческого сознания. Людям становится свойственна усталость от любых идеалов, и говоря языком интернета, любые идеалы служат лишь поводом для троллинга. Сознание большого числа людей является продуктом постмодернизма, так же как им является сериал «Симпсоны» или «Южный Парк».

И если можно сказать, что «Симпсоны» устарели, так же можно сказать и про людей, сознание которых остается продуктом эпохи постмодерна. Сегодня мы можем наблюдать признаки преодоления этой парадигмы. Огромное количество людей усомнилось в безальтернативности мира. Во всем мире громко зазвучало, что система не совершенна и не может быть финальной точкой общественного развития, а все случаи насаждения Западом демократии в других странах являются проявлениями империалистических амбиций. Слова ушедшей эпохи вновь реабилитированы и мы читаем в медиа рассуждения о кризисе капитализма и вновь возникающем на горизонте коммунизме.

Как говорить


Неправильно «В моем фейсбуке постмодернизм мнений неуместен». Правильно — плюрализм.

Правильно «Давайте выкинем телевизор: еще Рената Литвинова говорила, что телевидение эпохи постмодерна — это гной и шлачина».

Правильно «Василий, вы не сделаетесь умнее, если будете называть постмодернистским сознанием свою неспособность прочитать ни одну книгу».

Модернизм и постмодернизм: в чем отличия

Мы рассмотрели модернизм, узнали главных модернистов в русской и зарубежной литературе, прочитали и обсудили несколько текстов. Вспомним главное и подведем итог.

❓Как появился модернизм?

✅Модернизм приходит на смену реализму.
На модернизм повлияли философские течения, научные открытия и открытие психоанализа в 1890-е годы.

❓ Что привнес модернизм в литературу?

✅ Модернизм дал писателям ощущение свободы, отсюда его усложненность и бесконечность поиска: ограничений нет, можно все. Он расширил рамки привычного литературного повествования, герои стали мыслить более сложно, хронотоп становится более причудливым, пространство и время растягиваются и сжимаются по воле автора. Появилась техника потока сознания, а многие темы, которые раньше были в литературе под запретом, вышли на поверхность.

❓ Какие черты модернистского текста?

🔹 Мифологемы и архетипы.
🔹Внимание к аллюзиям и намекам.
🔹Интертекстуальность

❓ Главный метод модернизма?

✅ Метод потока сознания — прием, который имитирует непрерывное течение мыслей, чувств и впечатлений, его внутреннюю речь. В сознании одновременно существует три пласта:
✔️ то, о чем человек думает (мысль сейчас),
✔️ то, что он видит в этот момент (вывески, например),
✔️ сознание из прошлого (какие-то психологическое травмы прошлого).

❓ Первые модернистские произведения?

✅ Романы «Голод» Кнута Гамсуна, «Лавры срезаны» Эдуара Дюжардена, «Мелкий бес» Фёдора Сологуба, пьеса Августа Стриндберга «Фрекен Жюли».

🌀 Мы узнали главных писателей модернизма и обсудили подробно, чем отличаются их тексты.

🔅 Рассмотрели модернистские произведения Джозефа Конрада, позднего Антона Чехова, Марселя Пруста, Джеймса Джойса, Вирджинии Вулф и Франца Кафки.

💙 Читать Пруста — наслаждаться медленным течением времени.

💚 Читать Джойса — видеть целое множество взглядов персонажей на одни и те же события, находить мифологические аналогии и постоянно путешествовать по потоку сознания героев.

❤️ Читать Кафку — читать конструкции без эмоций и красок.

💜 Читать Вирджинию Вулф — сопереживать чувствам героя, видеть игру света, ощущать дуновение ветра, слышать звуки.

📘 Мы узнали о книге, которая позволяет понять модернизм, — труду испанского философа Хосе Ортеги-и-Гассета «Дегуманизация искусства» (1925), где автор условно разделил искусство на старое старое и новое, провозгласив, что работают они по-разному.

❓ Главные течения внутри модернизма?

✨ Абсурдизм

🔱 Акмеизм

🎨 Имажизм

🎶 Имажинизм в русской поэзии

⚡️Магический реализм

📘 Новый роман

🌀 Символизм

⚒ Соцреализм

🤹‍♂️ Сюрреализм

🚀 Футуризм

🔥 Экспрессионизм

🔎 Мы немного поговорили о русском модернизме и заострили свое внимание на двух авторах-эмигрантах — Набокове и Газматове.

📌 На смену модернизму пришел соцреализм, что во многом было обусловлено политической ситуацией в стране.

📜 Во второй половине 20 века эпоха модернизма в литературе плавно перетекает в постмодернистскую.

⌛️ В чем отличия модернизма от постмодернизма?

➡️ Модернизм — поиск нового.

❇️ Постмодернизм — ощущение, что все в искусстве уже найдено.

➡️ Модернизм — попытка отразить в образах атмосферу все более усложняющего мира.

❇️ Постмодернизм — игра с элементами предшествующих стилей литературы (с древности до модернизма).

➡️ Модернисты экспериментируют с формой.

❇️ Постмодернисты создают мозаику, пастиш из готовых элементов.

❓ Что нового привнес в литературу постмодернизм?

✅ Постмодернистская литература отражает крах нарративов, то есть крах больших идеологий, целей, проектов.

📃 Главные понятия постмодернизма — игра и симулякры.

💡 Чтобы обозначить то новое, что появилось в литературе в конце 20 — начале 21 веков, придумали термин — метамодернизм.

💎 Метамодернизм — это обращение к традициям литературы модернизма после завершения эпохи постмодернизма.

👥 Главными фигурами метамодернизма называют Джонатана Франзена, Дэвида Фостера Уоллеса, Марка Данилевского.

Постмодернизм — Художественный термин | Тейт

Термин впервые был использован примерно в 1970 году. Постмодернизм как художественное движение в некоторой степени не поддается определению, поскольку не существует единого постмодернистского стиля или теории, на которых он был бы основан. Он включает в себя множество различных подходов к созданию искусства, и можно сказать, что он начался с поп-арта 1960-х годов и охватил многое из того, что последовало за ним, включая концептуальное искусство, неоэкспрессионизм, феминистское искусство и молодых британских художников 1990-х годов.

Постмодернизм и модернизм

Постмодернизм был реакцией на модернизм. Модернизм в целом основывался на идеализме и утопическом видении человеческой жизни и общества, а также на вере в прогресс. Он предполагал, что определенные абсолютные универсальные принципы или истины, такие как сформулированные религией или наукой, могут быть использованы для понимания или объяснения реальности. Художники-модернисты экспериментировали с формой, техникой и процессами, а не сосредотачивались на предметах, полагая, что они могут найти способ чисто отразить современный мир.

В то время как модернизм был основан на идеализме и разуме, постмодернизм родился из скептицизма и подозрительности к разуму. Он поставил под сомнение представление о том, что существуют универсальные истины или истины. Постмодернистское искусство опиралось на философию середины и конца двадцатого века и отстаивало, что индивидуальный опыт и интерпретация нашего опыта были более конкретными, чем абстрактные принципы. В то время как модернисты отстаивали ясность и простоту; постмодернизм охватывал сложные и часто противоречивые смысловые слои.

Многоликая постмодернизм

Антиавторитарный по своей природе постмодернизм отказывался признать авторитет какого-либо единственного стиля или определения того, каким должно быть искусство. Он разрушил грань между высокой культурой и массовой или популярной культурой, между искусством и повседневной жизнью. Поскольку постмодернизм нарушил установленные правила стиля, он открыл новую эру свободы и чувство, что «все идет».Часто смешно, насмешливо или нелепо; он может быть конфронтационным и противоречивым, бросая вызов ограничениям вкуса; но самое главное, он отражает самосознание стиля. Постмодернистское искусство, часто смешивая различные художественные и популярные стили и средства массовой информации, также может сознательно и застенчиво заимствовать или иронично комментировать ряд стилей из прошлого.

Жак Лакан

Жак Лакан (1901–1981) был выдающимся французским психоаналитиком и теоретиком.Его идеи оказали огромное влияние на критическую теорию двадцатого века и особенно повлияли на постструктуралистскую философию и развитие постмодернизма. Лакан пересмотрел психиатрию Зигмунда Фрейда, придав ей современное интеллектуальное значение. Он поставил под сомнение общепринятые границы между рациональным и иррациональным, предположив, что бессознательное, а не примитивное, столь же сложно и изощренно по своей структуре, как и сознание. Он предположил, что бессознательное структурировано как язык, который позволяет разговаривать между бессознательным и сознанием и гарантирует, что бессознательное играет роль в нашем восприятии мира.

Постмодернизм в фотографии | История искусства Unstuffed

ПОСТМОДЕРНИЗМ В ФОТОГРАФИИ


Фотография стала преимущественно формой постмодернистского искусства, заняв место живописи, когда модернистские установки европейского искусства исчерпали себя к 1960-м годам. В отличие от живописи, фотографии не нужно было бороться с прошлым высокого искусства и не затрагивать ее.Поскольку фотография была, как сказал бы Пьер Бурдье, The Middle Brow Art, , она идеально подходила для постмодернизма, чтобы занять эту практику. Даже в первозданном виде фотография также подверглась влиянию «Мира изображений». Как объяснил Ги Дебор в The Society of the Spectacle , мир превратился в «зрелище».

В обществах, где преобладают современные условия производства, жизнь представлена ​​как огромное скопление очков.Все, что было непосредственно пережито, превратилось в представление… Спектакль — это не собрание образов; это социальные отношения между людьми, опосредованные образами. Зрелище нельзя понимать как простой визуальный излишество, производимое медиа-технологиями. Это мировоззрение, которое действительно материализовалось, взгляд на мир, ставший объективным.

Следовательно, современная визуальная культура по определению была спектаклем, распространяемым через фотографические формы, репродукции репродукций, симулякры реальности, которой никогда не существовало.Благодаря фотографии визуальная культура стала частью спектакля популярной культуры, который очаровал аудиторию, гипнотизировал ее критикой общества и создал определенный вид социальных отношений. Как сказал Дебор, «В мире, который действительно перевернут, истина — это момент ложного». Когда влиятельная книга Дебора была опубликована во Франции в 1967 году, разговорные фотографии Роберта Франк, Дайан Арбус, Гарри Виногранда и Ли Фридлендера себя исчерпали. Невинность, которая позволила фотографу или аудитории предположить, что прямая фотография была надежной формой «истины», рушилась после разочарования во время войны во Вьетнаме.

В Мире изображений, переполненном образами и наполненном историей, невозможно «делать» снимки свежим и невинным взглядом: все снимки видны только через другие снимки — живописную интертекстуальность. Фотография больше не связана с реализмом, как это было во времена Роберта Франка и его последователей, а занимается воссозданием изображений изображений. Без возможности реальности постмодернистские фотографы не фотографы в историческом смысле и не могут фотографировать объекты в традиционном смысле.Они могут только сфабриковать симулякры или записать гиперреальность постмодернистского мира. Было бы правильно поставить под сомнение термин «фотография» в контексте постмодернизма. «Фотография», как прямое и немедленное запечатление реальности, требует определенной наивности, недоступной в эпоху постмодерна. Все фото уже сделаны. Термин «перефотография»

было бы более точным, чтобы описать постмодернистскую фотографию.

К 1970-м годам фотографы начали исследовать три проблемы в этой дисциплине.Сначала была разыграна «чистая фотография» и вытекающая из нее документальная фотография. Во-вторых, «истинная» ценность фотографии была подорвана, и стала очевидной роль медиума в построении определенного типа общества — зрелищ и самодовольных граждан. В-третьих, это «прямая фотография» может быть манипуляцией общества, тогда, казалось бы, снова было допустимо манипулировать фотографией. Постмодернистские фотографы столкнулись бы с этими конкретными условиями в восьмидесятые годы со знанием дела и часто в высшей степени теоретически.

Фотография как дисциплина начала участвовать в любимом постмодернистском времяпрепровождении — разработке стратегий и создании тактик, которые позволили бы художнику творить искусство в мире, где все уже было сделано. Фотография стала фотографией о фотографии — формой концептуальной фотографии. The Rephotographic Survey , начатая в 1970-х годах, является примером постмодернистского отношения к фотографированию путем повторного фотографирования уже сфотографированного.Художники, участвующие в этом проекте, Марк Клетт, Рик Дингус и Линда Коннер, неукоснительно пошли по стопам западных фотографов XIX века, повторно фотографируя знаменитые фотографии: фотография о фотографии. Частью исследования этой группы было повторное посещение известных мест на Западе, впервые сфотографированных на обзорных экскурсиях Тимоти О’Салливаном и Уильямом Генри Джексоном, чтобы обратить внимание на изменения, произошедшие за столетие. Но в процессе они обнаружили, что предполагаемой документацией на самом деле манипулировал О’Салливан, который создавал почти абстрактные изображения, обрезая отпечатки и / или наклоняя камеру.

Постмодернизм характеризуется застенчивой и преднамеренной интертекстуальностью. Один из самых известных фотографов, игравших с симулякрами, — Синди Шерман. Шермана следует назвать артистом-перформансом, реставрирующим образы из СМИ. Сосредоточившись на том, как женщины представлены в фильмах, в конце 1970-х она сфотографировала себя в серии небольших черно-белых фотографий под названием «Кадры из фильма». Ни одна из этих театральных репрезентаций не может быть отнесена к какому-либо реальному фильму, но все они напоминают зрителю о фильмах, которые они видели или слышали, и вызывают конструирование женщин в 1940-х и 1950-х годах.Шерман — это то, что можно назвать «постфеминисткой», или художником, который рассматривает феминистские проблемы не с политической или активистской точки зрения, а с теоретической точки зрения. Поскольку общество манипулирует социальным существом, которое, как доказано, бесконечно податливо, постмодернизм больше не верит в модернистскую возможность эволюции к цели. Есть только произвольное изменение, определяемое доминирующим классом для его собственных целей.

Все, что может сделать теория постмодерна, — это указать на то, что гендер конструируется культурой и средствами массовой информации.В отличие от раннего феминизма 1970-х, постфеминизм не эссенциалистский, а конструктивистский, утверждая, что не существует такой вещи, как «женщины», только образ, созданный идеологией и названный «женщиной» в культуре. Кадры из фильма Шермана — чистые симулякры: нет «женщины», есть только образ женщины. Фильм — это образ женщины. Кадр из фильма — это изображение женщины, изображение женщины, изображение женщины. Симулякры — это «третий порядок» «реальности», что означает, что симулякры находятся в трех шагах от реальности, которой никогда не существовало.Поскольку Шерман исполняет множество женских ролей, играя женщину для мужской аудитории, ее следует считать художником-перформансом, который фотографирует свои работы, а не традиционным фотографом.

Шерман был не единственным фотографом, который подчеркивал важность перформанса и искусности в модернизме, присутствовавшем в западном искусстве со времен Эдуарда Мане. Как и Шерман, Джефф Уолл использует интертекстуальность, воспроизводя важные «главные памятники» модернистского искусства через постмодернистское искусство манипулируемой фотографии.Один из первых пользователей компьютерных манипуляций, Уолл, как и Шерман, меньше «фотограф» в классическом смысле слова и фактически работает в «режиссерском режиме». Его актеры выступают для Уолла в постановочных фотографиях-репрезентациях Мане, Дега и Сезанна. Его воссоздания тонкие. Например, The Destroyed Room относится к The Death of Sardanapalus Делакруа и After Ralph Ellison , изображающий афроамериканца, повернутого спиной к зрителю, освещенного сотнями лампочек, но он остается невидимым. Поскольку он имеет в виду придуманные произведения искусства, помимо постановки и постановки, Уолл должен манипулировать фотографией. В фильме «Внезапный порыв ветра » Уолл использует компьютер, чтобы бросить белые листы бумаги в сильный ветер, сочетая постмодернистские технологии с прошлым. Как и большинство художников-постмодернистов, постмодернистские фотографы заново исследуют прошлое и возвращаются к истории. Как сказал Уолл в 2010 году:

В девятнадцатом веке, с Мане и другими, был такой высокий уровень изобразительного изобретения, такой интересный взгляд на настоящее.Они создали что-то, что по-прежнему очень важно для всех, кто занимается изображениями, и поэтому я поддерживаю это, но не эксклюзивно, не как образец для моей собственной работы. Моя работа также связана с фотографией, то есть фотографией как фотографией и другими видами искусства. Но это также исходит от вещей, которые я переживаю напрямую. Итак, я пытаюсь использовать девятнадцатый век как одну из систем отсчета для изобразительной практики. Можно сказать, что во многих отношениях мы все еще переживаем девятнадцатый век в искусстве.

Если вы нашли этот материал полезным, сообщите об этом по номеру

Доктор Жанна С. М. Виллетт и История искусств без чучела. Спасибо.

[адрес электронной почты защищен]

Движение в одно мгновение: постмодернизм | арт

Без названия (ковбой) (1989) Ричарда Принса

Узнайте, как группа художников конца ХХ века разрушила устоявшиеся представления о значении и авторстве

Летом 1970 года американский художник Джон Балдессари сжег почти все свои картины.Он решил сжечь работы в калифорнийском крематории и сжег часть золы в печенье. Художник назвал серию акций «Проект кремации».

Этот акт разрушения не означал конца художественной жизни Балдессари, но, в некотором смысле, положил начало ее. Как мы объясняем в The Art Book, «Проект кремации объявил о его переходе к текстовому искусству и фотографии. Сочетая влияние дадаизма, сюрреализма, поп-музыки и концептуального искусства, его последующие работы исследовали взаимосвязь между языком и визуальным искусством, всегда подвергая сомнению природу самого искусства.”

До этого момента Балдессари, по крайней мере, придерживался старого модернистского идеала художника как выразительного гения, раскрывая благородные истины через свои работы. Однако после уничтожения своих картин он мог свободно использовать более простые, менее личные формы создания изображений, от съемки собственных фотографий до присвоения найденных картин и заказа простых иллюстративных картин у коммерческих художников. Балдессари сочетал изображения с текстами, которые не только не использовались в качестве подписей, но и искажали произведения искусства или вызывали вопросы.

Таким образом, работа Балдессари после сжигания мусора способствовала возникновению художественного движения, известного сегодня как постмодернизм. «Постмодернизм конца 1970-х и 1980-х годов поставил под сомнение чисто эстетические соображения в искусстве, различия между высоким и низким искусством и понятия авторства», — объясняют наши редакторы в нашей книге «Искусство во времени». «Он уходит своими корнями в дадаизм, поп-арт и концептуальное искусство, и на него повлияла новая волна теории искусства и теории культуры, в частности, в значительной степени французская философия, известная как постструктурализм.”

Как теоретики, так и художники постмодерна утверждали, что значение культурной идеи или произведения искусства никогда не фиксируется, «но создается в связи с различными знаковыми системами внутри культуры, которые могут включать в себя те, которые используются в искусстве, языке, академии или рекламе. ”

Постмодернизм предлагает провокационный и часто критический взгляд на эти знаковые системы путем рекомбинации, присвоения и повторного представления знакомых образов. Художники, как правило, обращались к темам потребительской культуры, рынка искусства, истории пола и расы.

Без названия Кадр из фильма 58 (1980) Синди Шерман

Картина Джексона Поллока, например, увиденная с одной точки зрения, служит выражением внутреннего смятения отдельного художника, но рассматриваемого с другой точки зрения, как на фотографии Луизы Лоулер 1984 года «Поллок и Турин», обработанная мистером и миссис Бертон Тремейн, Коннектикут. , становится простым трофеем.

Этот процесс идет в обоих направлениях, что доказала более молодая группа художников, некоторые из которых находились под влиянием Балдессари.Когда Синди Шерман продюсировала свой сериал конца семидесятых «Кадры из фильмов без названия», она не пыталась выдать эти стили черно-белых декораций фильма как полностью оригинальные или подлинные, но, сыграв и фотографа, и модель, открыла путь. имидж до самых разных соображений, создавая новую захватывающую форму.

Сотрудник фотохудожника Ричард Принс проделал подобное упражнение, создав свою знаменитую серию «Ковбой», повторно сфотографировав рекламу Мальборо, обрезанную таким образом, чтобы вырезать все логотипы и линии, оставив только изображение на месте.Присвоение было методом повторного представления знакомых изображений в новом контексте, чтобы изменить или преувеличить их первоначальные значения.

«Таким образом, мы не обращаем внимания на чрезмерно коммерческое послание и рассматриваем лежащие в основе американские мифы о мужественности и суровом индивидуализме, которые тайно подкрепляла реклама», — пишут наши редакторы в Art and Time.

Поллок и супница, аранжировка мистера и миссис Бертон Тремейн, Коннектикут (1984) Луизы Лоулер

Разрушение старых заверений не ограничивалось изобразительным искусством.Смешение старого и нового, красочного и орнаментального в постмодернистской архитектуре и дизайне Этторе Соттсасса и его коллектива в Мемфисе шло вразрез со старыми принятыми мудростью формы, следующей за функцией, почти не требуя украшения.

Можно даже утверждать, что технические возможности, открывшиеся с помощью технологии сэмплирования, привели к своего рода постмодернизму в музыке, когда петля из фанк-записи или отрывок диалога из старого телешоу нашли новую жизнь в хаус и рэп-записях. .

Не все приняли постмодернизм с одинаковым энтузиазмом. Великий американский модернистский критик Клемент Гринберг считал, что этот термин и сопутствующие ему идеи были своего рода антисовременным мещанством, облеченным в «высокопарный художественный жаргон»; и определенно существует определенный нигилизм в отношении художественного движения, в котором нет ничего определенного или священного.

Без названия (Пара) (1977-1979) Ричарда Принса

Тем не менее, возможно, наиболее примечательным аспектом сегодняшнего постмодернизма является то, как мало мы чувствуем себя обязанными ссылаться на этот термин.Десятилетие или два назад был период, когда самый хамский телеведущий или ведущий ток-шоу мог высмеивать ту или иную интеллектуальную схему, насмешливо описывая ее как «постмодерн».

Сегодня этот термин используется гораздо реже, в то время как идеи смешанного авторства, меняющиеся значения и неограниченность интерпретации кажутся полностью укоренившимися в нашей культуре. Возможно, мы прошли мимо постмодернизма, потому что полностью приняли его.

Чтобы узнать больше, закажите копию Art in Time здесь; чтобы узнать больше о Синди Шерман, прочтите этот краткий обзор; чтобы узнать больше о Ричарде Принсе, посмотрите эту книгу из серии «Современные художники»; чтобы узнать больше об Этторе Соттсассе, купите эту красивую книгу; а чтобы узнать больше обо всех этих и многих других художниках, закажите здесь книгу по искусству.

ART REVIEW; Когда фотография стала постмодерном

Они работали с изображениями, которые ум не только уже знает, перефразируя Джаспера Джонса, но и рефлекторно читает, наполняя их множеством значений. (В каком-то смысле тексты были излишними.)

Например, откровенно двусмысленный «Американский солдат или тихий школьник» мистера Лонго, маленький раскрашенный алюминиевый рельеф человека в брюках, рубашках и шляпе, который, кажется, вертеться в воздухе, было особенно символично для того периода, как и споры о том, делает ли фигура учтивый танцевальный шаг или стреляет в спину.

Сегодня, после двух десятилетий безудержного плюралистического присвоения всех средств массовой информации, почти все в «Картинках» выглядит блеклым и безмолвным, особенно зернистые, слегка зловещие изображения танков Второй мировой войны и флагов на митинге нацистов в Нюрнберг, напечатанный на просторах красной бумаги, или профили американских президентов, сделанные мисс Левин по трафарету. Что еще интереснее, так это слова, которые кружились вокруг них. В подобном манифесту тоне, который кажется более модернистским, чем постмодернистским, пресс-релиз объявляет о «новой чувствительности, почти полностью неизвестной», при этом тщательно изолируя художников шоу от широкого использования существующих изображений или «возвращения изобразительной живописи».«В нем говорится:« Лишь ограниченное число молодых художников подошли к изображению с невероятной четкостью, которая указывает на новое направление ».

Кроме того, выставка, возможно, немного опередила сама себя. Большинство художников здесь продолжали бы делать более сильную работу. И многие из тех, кто наиболее плодотворно работал с присвоением — в том числе г-жа Симмонс, мистер Принс, Сара Чарльзуорт, Луиза Лоулер, Джеймс Веллинг, Джеймс Касебер и особенно Синди Шерман — были недостаточно близко к поверхности, чтобы их можно было обнаружить. .Фактически, когда г-н Кримп переработал свое эссе-каталог в 1979 году для публикации в октябрьском журнале, он исключил г-на Смита и добавил г-жу Шерман.

Работы «Картинки», которые наиболее впечатляюще соответствуют тому, что о них написано, и которые наиболее ясно и комплексно отражают потенциал присвоения, — это короткометражные фильмы и виниловые пластинки г-на Гольдштейна. Также не повредит то, что они чрезвычайно актуальны для того момента, когда так много художников по видео и инсталляции перерабатывают, сэмплируют и моделируют как изображения, так и саундтреки фильмов и телевидения.

Объяснитель: что такое постмодернизм?

Однажды я спросил группу своих студентов, знают ли они, что означает термин постмодернизм: один ответил, что это когда все заключено в кавычки. Это был не такой уж плохой ответ, потому что такие понятия, как «реальность», «истина» и «человечность» неизменно подвергаются тщательному анализу мыслителями и «текстами», связанными с постмодернизмом.

Постмодернизм часто рассматривается как культура цитат.

Возьмите «Симпсоны» Мэтта Грёнинга (1989–).Сама структура телешоу цитирует классическую эпоху семейного ситкома. В то время как злоключения его мультипликационных персонажей высмеивают все формы институционализированной власти — патриархальную, политическую, религиозную и т. Д. — он делает это путем бесконечного цитирования из других медиатекстов.

Эта форма сверхсознательной «интертекстуальности» порождает безжалостно ироничное или постмодернистское мировоззрение.

Отношение к модернизму

Трудность определения постмодернизма как концепции связана с его широким использованием в ряде культурных и критических движений с 1970-х годов.Постмодернизм описывает не только период, но и набор идей, и его можно понять только в связи с другим не менее сложным термином: модернизмом.

Модернизм был разнообразным художественным и культурным движением в конце 19-го и начале 20-го веков, общей нитью которого был разрыв с традициями, воплощенный в наставлении поэта Эзры Паунда от 1934 года «сделать его новым!».

«Пост» в постмодерне предполагает «после». Постмодернизм лучше всего понимать как вопрошание об идеях и ценностях, связанных с формой модернизма, которая верит в прогресс и инновации.Модернизм настаивает на четком разделении искусства и массовой культуры.

Но, как и модернизм, постмодернизм не обозначает какой-либо один стиль искусства или культуры. Напротив, это часто ассоциируется с плюрализмом и отказом от общепринятых представлений об оригинальности и авторстве в пользу стилизации «мертвых» стилей.

Постмодернистская архитектура

Переход от модернизма к постмодернизму наиболее ярко проявляется в мире архитектуры, где этот термин впервые получил широкое распространение в 1970-х годах.

Эйфелева башня в стиле Вегаса.
Бен Адамсон

Один из первых, кто использовал этот термин, архитектурный критик Чарльз Дженкс предположил, что конец модернизма можно проследить до события в Сент-Луисе 15 июля 1972 года в 15:32. В тот момент был снесен заброшенный проект государственного жилья Прюитт-Иго.

Построенный в 1951 году и изначально знаменитый, он стал доказательством предполагаемой неудачи всего модернистского проекта.

Дженкс утверждал, что в то время как модернистские архитекторы интересовались единым смыслом, универсальными истинами, технологиями и структурой, постмодернисты предпочитали двойное кодирование (иронию), народные контексты и поверхности.Город Лас-Вегас стал высшим выражением постмодернистской архитектуры.

Известные теоретики

Теоретики постмодернизма часто использовали этот термин для обозначения новой культурной эпохи на Западе. Для философа Жана-Франсуа Лиотара состояние постмодерна было определено как «недоверие к метанарративам»; то есть потеря веры в науку и другие освободительные проекты современности, такие как марксизм.

Марксистский литературный теоретик Фредерик Джеймсон, как известно, утверждал, что постмодернизм был «культурной логикой позднего капитализма» (под которым он имел в виду постиндустриальный, постфордистский, многонациональный потребительский капитализм).

В своем эссе 1982 года «Постмодернизм и общество потребителей» Джеймсон изложил основные тропы постмодернистской культуры.

Сюда входили, если перефразировать: сатирический импульс пародии на стилизацию; пристрастие к ностальгии; и фиксация на вечном настоящем.

В пессимистическом анализе Джеймсона потеря исторической темпоральности и глубины, связанная с постмодернизмом, была сродни миру шизофреников.

Постмодернистское визуальное искусство

В изобразительном искусстве постмодернизм ассоциируется с группой нью-йоркских художников, в том числе Шерри Левин, Ричардом Принсом и Синди Шерман, которые занимались актами присвоения изображений и с тех пор стали известны как The Pictures Generation после показа 1977 года. пользователя Дуглас Кримп.

Имантс Тиллерс, «Наматжира», акрил, гуашь на 64 холстовых досках, 203 x 284 см.
Муси Чжан

К 1980-м годам постмодернизм стал доминирующим дискурсом, связанным с плюрализмом, фрагментацией, аллюзиями, аллегориями и цитатами «все идет». Он означал конец веры авангарда в оригинальность и прогресс искусства.

Но истоки этих стратегий лежали у художника Дада Марселя Дюшана и у художников поп-музыки 1960-х, чья рабочая культура стала сырьем.В конце концов, Энди Уорхол был прямым родоначальником китчевого потребительского искусства Джеффа Кунса в 1980-х годах.

Постмодернистская культурная идентичность

Постмодернизм также может быть критическим проектом , раскрывающим культурные конструкции, которые мы обозначаем как истину, и открывающим множество других подавленных историй современности. Например, женщины, гомосексуалы и колонизаторы.

Сам модернистский канон раскрывается как патриархальный и расистский, в котором преобладают белые гетеросексуальные мужчины.В результате одна из наиболее распространенных тем постмодернизма связана с культурной идентичностью.

«Верьте чему угодно» Барбары Крюгер из Хиршхорна, Вашингтон, округ Колумбия.
Стив Родс

Заявление американской художницы-концептуалистки Барбары Крюгер о том, что ее «беспокоит, кто говорит, а кто молчит: что видно, а что нет», воплощает этот широкий критический проект.

Дискурс постмодернизма связан с такими австралийскими художниками, как Имант Тиллерс, Энн Захалка и Трейси Моффатт.

Австралия была теоретически утверждена Полом Тейлором и Полом Фоссом, редакторами влиятельного журнала Art & Text, как уже постмодернистская в силу ее культуры «второй степени» — ее уникально неоригинального, антиподального присвоения европейской культуры.

Если в 1990-е годы язык постмодернизма уступил место постколониализму, то события 11 сентября 2001 года ознаменовали его исчерпание.

В то время как уроки постмодернизма продолжают преследовать, этот термин стал немодным, его заменило сочетание других, таких как глобализация, эстетика отношений и современность.

Photography :: Art Gallery NSW

Искусство постмодерна ставит под сомнение понятие подлинности и принимает «гибридность», стирая границы между высоким искусством и популярной культурой. Фотографов постмодерна особенно интересует избирательный, сконструированный характер фотографии.

И Робин Стейси, и Синди Шерман создают сложные картины, раскрывающие вымышленные качества фотографии, несмотря на ее очевидную верность видимому миру. Шерман, например, создает постановочные, имитационные кадры из фильмов, в которых она фотографирует себя одетой и позирующей в стиле роковой женщины, мстительной домохозяйки или влюбленного подростка, обнажая стереотипное представление женщин в искусстве и кино и раскрывая идентичность. на самом деле жидкость.Точно так же Ясумаса Моримура на своих фотографиях выступает в роли известных исторических или артистических персонажей. Его тщательная переработка известных изображений создает новую форму аутентичности параллельно с «оригинальным» произведением искусства.

Трейси Моффатт создает сложные серии сознательно искусственных изображений, заимствуя как из высокого искусства, так и из популярной культуры, чтобы рассказывать эпические истории. Моффатт сказала, что она заинтересована в создании реальности, а не в ее фиксации, и ее фотографии исследуют гибридность личности.Джеки Редгейт также фотографирует конструкции, но таким образом, чтобы создавать визуальные головоломки, подчеркивая растущие сетки и множество уровней искусства и опыта в современном мире.

Анна Захалка на протяжении всей своей карьеры постоянно исследует границу между реальным и вымышленным. Она использует фотографию, чтобы исследовать построение гендерных, расовых и социальных типов, используя очевидную правдивость фотографии, чтобы исследовать смоделированную природу современной поп-культуры.На фотографиях вроде Николь Кидман 2007 года, где объект на самом деле представляет собой восковой манекен, Захалка подчеркивает «симулякр» или сложность различения между реальным и копией.

Виктория и Альберта · Что такое постмодернизм?

Этот неуловимый стиль дизайна, как известно, сложно определить. Поэтому мы попросили некоторых ведущих практиков постмодернизма, включая Чарльза Дженкса, Роберта А. Стерн и сэр Терри Фаррелл — что значит быть постмодерном?

Постмодернизм — одно из самых противоречивых течений в истории искусства и дизайна.За два десятилетия, примерно с 1970 по 1990 год, постмодернизм разрушил устоявшиеся представления об искусстве и дизайне, придя к новому самосознанию самого стиля. Неустойчивое сочетание театрального и теоретического, постмодеризм варьируется от смехотворного до роскошного — визуально захватывающий и многогранный стиль.

Кабинет Curiosité, кабинет, Широ Курамата, 1988, Япония. Музей № W.25: с 1 по 3-2010. © Музей Виктории и Альберта, Лондон

Постмодернизм был резким отходом от утопических взглядов модернизма, основанных на ясности и простоте.Модернисты хотели открыть окно в новый мир; Ключевыми принципами постмодернизма были сложность и противоречие. Если модернистские объекты предполагали утопию, прогресс и машинное совершенство, то постмодернистский объект, казалось, пришел из мрачного и далекого от идеального будущего. Постмодернистские дизайнеры использовали устаревшие материалы, чтобы создать эстетику городского апокалипсиса.

Concrete Stereo (стереосистема, установленная в бетоне), Рон Арад, 1983. Номер музея. W.7-2011. © Музей Виктории и Альберта, Лондон

Постмодернизм зародился как радикальное маргинальное движение в 1970-х, но стал доминирующим видом 1980-х, «десятилетия дизайнеров».Яркие цвета, театральность и преувеличение: все было заявлено о стиле. Независимо от того, были ли поверхности глянцевыми, поддельными или намеренно потрепанными, они отражали желание сочетать подрывные заявления с коммерческой привлекательностью. Журналы и музыка были важными средствами распространения этой новой фазы постмодернизма. Работы итальянских дизайнеров — особенно групп Studio Alchymia и Memphis — продвигались по всему миру с помощью таких публикаций, как Domus . Между тем энергия субкультуры пост-панка широко транслировалась через музыкальные видеоклипы и ультрасовременную графику.Это был момент Новой волны: несколько захватывающих лет, когда имидж был всем.

Прототип супер лампы, разработанный Мартиной Бедин (для Мемфиса), сделанный Фаусто Челати, 1981, Италия. Музей № M.1-2011

Ажиотаж и сложность постмодернизма оказали огромное влияние на 1980-е годы. По мере того, как «десятилетие дизайнеров» шло, а мировая экономика процветала, постмодернизм стал предпочтительным стилем потребления и корпоративной культуры. В конечном итоге это было крушением движения.Постмодернизм рухнул под тяжестью собственного успеха вместе с пришедшим с ним чувством собственного достоинства. Тем не менее, в 21 веке мы все еще чувствуем его влияние. Это дало нам новый взгляд на мир, который держится сегодня, и стиль, который возрождается.

Wet Wedge, чайник, Питер Шир, 1975, США. Музей № C.221: 1,2-2014. © Музей Виктории и Альберта, Лондон. Подарено Американскими друзьями Виктории и Альберта благодаря щедрости Кевина Маккарти и Лорен Лекстон.

Это видео было создано для выставки Postmodernism: Style & Subversion 1970–1990 , которая проходила в V&A South Kensington с 24 сентября 2011 года по 15 января 2012 года.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.